Вадим зейферт: Вадим Зейферт | Facebook

Содержание

Российская премьера нового Volvo FH: Рожденный стать легендой

26 и 27 октября в Москве прошла долгожданная российская премьера новой серии грузовых автомобилей Volvo FH. За два дня мероприятие посетили около 300 гостей из числа клиентов и партнеров компании, а также широкой общественности.

Премьера началась с показа динамичного видеоролика, наглядно продемонстрировавшего эволюцию модельного ряда Volvo FH с 1993 по 2012 годы.

Директор Вольво Трак Центра Москва-Север Вадим Зейферт рассказал о революционных новинках в области дизайна, рабочего и спального мест водителя, а также увеличенном пространстве кабины без ущерба аэродинамическим характеристикам. В частности, им было отмечено, что благодаря спрямленным вертикальным стойкам площадь остекления ветрового стекла увеличилась на внушительные 17%, а тонкий кронштейн зеркал заднего вида значительно улучшил обзорность.

В крыше кабины появился люк, включенный в стандартную комплектацию. Это позволило добавить естественной освещенности и, в экстренной ситуации, задействовать люк в качестве аварийного выхода.

В целом, пространство кабины увеличилось почти на 1 куб. м и приобрело дополнительные 300 литров вещевых отсеков для хранения необходимых водителю вещей.

Отдельно Вадим Зейферт остановился на улучшенной эргономике рабочего места водителя. В новом Volvo FH это достигнуто благодаря ультрасовременной приборной панели с двумя дисплеями и интуитивно понятными органами управления, практичному рулевому управлению и комфортным сиденьям с улучшенной боковой поддержкой и поясничным подпором.

Кроме того, инженеры и дизайнеры Volvo Trucks много поработали для спальным местом водителя и зоной отдыха. Так, ширина спальной полки в ее центральной части увеличилась до 815 мм, а над ней установлено мягкое отраженное освещение и дополнительные вещевые отсеки. В новом Volvo FH представлена революционная система кондиционирования кабины под названием I-Park Cool, встроенная в крышу кабины. Она позволяет поддерживать комфортную температуру для водителя в дневное и ночное время на срок до 8 часов без риска разрядки аккумуляторных батарей.

Следом, началась интерактивная видеопрезентация Директора Вольво Трак Центра Москва-Юг Александра Зори об интеллектуальных новинках, призванных повысить оперативность и рентабельность транспортных операций клиентов. Александр рассказал о принципах работы систем I-See и I-Torque, благодаря которым расход топлива может быть понижен на величину до 10%. Также, он отметил, что новый Volvo FH стал первым серийным тягачом с независимой передней подвеской колес.


Ошибка 404

Афиша:

ПнВтСрЧтПтСбВс
&nbsp &nbsp &nbsp &nbsp &nbsp 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11
12
13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 &nbsp &nbsp &nbsp &nbsp &nbsp &nbsp

Страница, к которой вы обратились, не существует

© 2021 МССМШ им. Гнесиных
119019, Москва, ул. Знаменка, д. 12/2 стр.3
Создание сайта – Элкос-Дизайн

Коллектив шпиллеровской закалки | Наш Красноярский край

Красноярский академический симфонический оркестр сегодня известен далеко за пределами России. Его до сих пор называют шпиллеровским, хотя маэстро уже много лет нет с нами. Специалисты недоумевают, как этому музыканту удалось создать в глубинке, далеком от музыкальных центров Красноярске первоклассный оркестр. В этом, видимо, и состоит феномен Ивана Шпиллера, который четверть века пестовал коллектив, прививал академическое искусство Сибири. Нынче симфоническому оркестру исполняется 40 лет, музыканты с гордостью говорят: они шпиллеровской закалки.

Зеленый свет музыке

1970-е годы принято считать периодом расцвета культуры Красноярского края. В это время в краевом центре построен театр оперы и балета, открыл свои сезоны Красноярский симфонический оркестр. У руля тогда стоял первый секретарь Красноярского крайкома КПСС Павел Федирко. Он считал: городу необходим собственный оркестр, который превратит его из индустриальной провинции в один из культурных центров Сибири, будет представлять край на всесоюзных и зарубежных сценах. Интерес красноярцев к классической музыке для Федирко был очевиден – на концертах приезжих музыкантов были аншлаги. Глава края добился разрешения Минкульта, затем вызвал к себе директора филармонии и отдал указание: «Создавайте оркестр».

На открытие первого творческого сезона в апреле 1977 года собрался весь цвет Красноярска. Играли увертюру к опере «Руслан и Людмила» Глинки, пятую симфонию Бетховена и первый концерт для фортепиано с оркестром Чайковского. Солировал известный пианист, лауреат международных конкурсов Алексей Наседкин.

– Сначала это был камерный оркестр – чуть больше 60 человек, – вспоминает скрипач Владимир Зейферт, который работает в Красноярском симфоническом оркестре с 1977 года. – Первый дирижер Владимир Свойский сам ездил по городам и набирал музыкантов. Я работал в Алма-Ате, но согласился переехать в Сибирь.

Для музыкантов только что сформированного симфонического оркестра во всем – зеленый свет. По указаниям Федирко прибывавших творческих работников сразу же обеспечивали жильем. Это было очень важно, ведь ехали в Красноярск семьями, некоторые уже с детьми.

Московский дирижер Свойский продержался в Красноярске только год. В 1978 году ему на смену приехал Иван Шпиллер. Это был уже известный в стране музыкант. Говорят, первый секретарь Красноярского крайкома КПСС лично ездил уговаривать Шпиллера переселиться в Сибирь. Дирижер поставил жесткие условия: «Такой оркестр мне не нужен, он должен состоять из 110 человек. Для музыкантов выделить 40 квартир и приобрести хорошие инструменты». Все условия маэстро тут же выполнили.

Лучший в стране…

Когда в город приехал Шпиллер и построили специализированный Малый концертный зал, популярность оркестра у красноярцев резко возросла.

– С каждым годом улучшался климат в оркестре, – вспоминает Владимир Зейферт. – Сработало, что Шпиллер был мастером высокого класса, авторитетным и харизматичным – перед ним открывались все двери.

Говорят, у Ивана Всеволодовича были прямые телефоны всех руководителей края. Он мог позвонить в любое время, с любой проблемой – вопросы решались молниеносно.

– Наши музыканты тогда считались главными, ведь лучшего коллектива в Красноярске не было, – говорит

бывший директор оркестра и контрабасист Юрий Хустик. – С оркестром мечтали выступить не только солисты Красноярского театра оперы и балета, но и мировые знаменитости.

Оркестр быстро завоевал репутацию одного из лучших коллективов страны. На одну сцену с ним выходили выдающиеся музыканты: дирижеры Вячеслав Овчинников, Владимир Вербицкий, Гинтарас Ринкявичус, Владислав Чернушенко, Дмитрий Юровский, Леонард Слаткин, Рудольф Бухбиндер; солисты Игорь Ойстрах, Лиана Исакадзе, Наталия Шаховская, Виктор Третьяков, Лазарь Берман, Михаил Плетнев, Вадим Репин, Александр Князев, Николай Луганский, Денис Мацуев, Дмитрий Хворостовский, крупнейшие хоровые коллективы.

…и за рубежом

У каждого музыканта свои воспоминания об Иване Шпиллере. Одним он виделся умеренным диктатором, требовавшим жесткой творческой дисциплины, другим – мягким, интеллигентным «барином». Кстати, за глаза музыканты своего дирижера так и называли. В его поведении, речи и общении с людьми чувствовалось дворянское происхождение.

– Это был добрый, умный и талантливый «барин», – считает Юрий Хустик. – Надо было видеть, как он раскланивался с прохожими на прогулке! Терпеть не мог сленговые слова, прохладное отношение к делу. Его аж колотило, когда кто-то говорил, что «сыграл нормально». Иван Всеволодович тут же поправлял: «Играть нужно хорошо, достойно!»

Оркестр постепенно завоевывал авторитет. Если в начале Шпиллер лично приглашал из Московской и Ленинградской консерваторий выпускников, теперь в Красноярский симфонический было не пробиться – все места заняты.

В 1991 году оркестр отправился на зарубежные гастроли.

– Показали себя хорошо, – вспоминает Владимир Зейферт. – Всем было интересно посмотреть на советский оркестр из Сибири. Запись нашего концерта крутили по радио, в газетах – хвалебные рецензии. При Шпиллере оркестр поднялся. Сейчас, по прошествии времени, мы понимаем, что Иван Всеволодович был нам как отец. Это был настоящий учитель – он не просто обучал нас, а взращивал.

Иностранцев поражало не только мастерство сибиряков, но и сама фигура Шпиллера.

– На гастролях в Швейцарии слушатели ждали необычных жителей страны белых медведей и вечных снегов, – улыбается Юрий Хустик. – Когда после концерта Шпиллер на классическом французском произнес речь перед залом, на минуту воцарилась гробовая тишина. Швейцарцы не ожидали услышать из уст сибиряка настолько чистого французского. Газеты писали: «Сибиряки убили своей игрой, а добили французским языком дирижера Шпиллера».

Музыканты говорят: то время было самым интересным. Шпиллер увлекал всех своим творчеством. Красноярский симфонический с удовольствием принимали зарубежные сцены. Оркестр был в Швейцарии, Голландии, Югославии.

Возвращение маэстро

1990-е были тяжелыми не только для страны, но и для оркестра. Деньги не платили, инструменты и концертные костюмы истрепались. Из-за вечных проблем в коллективе царила нервозность. Иногда музыкантам приходилось пешком идти на репетиции – не было денег на автобус. А Шпиллер требовал самоотверженной работы.

Что стало причиной разлада в коллективе, сегодня уже никто не помнит. Но в итоге маэстро на три года покинул свое детище – уехал на вольные хлеба в Москву. Гастролировал, иногда приезжал в Красноярск, работал с музыкантами.

– Приезжали разные дирижеры, но оркестр привык работать с одним руководителем, – рассказывает фаготист оркестра Леонид Колеснев. – Мы сидели и ждали, когда приедет главный дирижер, только тогда начиналась жизнь. Уезжал – затихала. Когда Шпиллер вернулся, оркестр воспрял духом.

Возвращению маэстро на красноярскую сцену способствовал губернатор Александр Лебедь. 25-летие Красноярский симфонический отмечал со своим главным дирижером. К юбилею губернатор подарил музыкантам новые инструменты, концертные платья и фраки, заказал современный автобус.

– Александр Лебедь очень тепло относился к оркестру, – вспоминает Юрий Хустик. – Он постоянно ходил на наши концерты. Мы удивлялись, а он рассказывал: «Я столько грубости в жизни видел, что к старости захотелось чего-то теплого и тонкого. Ваш оркестр очень полюбил. А главное – я давно не встречал таких людей, как воспитанный и деликатный дирижер Шпиллер. Сижу после концерта у него в кабинете за чашкой кофе и впитываю его слова. Такую славянскую речь только в сказке услышишь».

Маэстро не стало в 2003 году. А в 2009-м Красноярский академический симфонический оркестр получил статус особо ценного объекта культурного наследия Красноярского края. Этого несколько лет добивался Иван Шпиллер.

В 2004 году коллектив возглавил Марк Кадин. А в 2015-м за пульт управления встал Владимир Ланде. Он привнес новые проекты, но сохранил линию, выработанную еще Иваном Шпиллером, чье имя прочно вошло в историю уникального музыкального коллектива Сибири.

Владимир Зейферт: «Сейчас, по прошествии времени, мы понимаем, что Иван Всеволодович был нам как отец, настоящий учитель – обучал нас, взращивал»

В Швейцарии газеты писали: «Сибиряки убили своей игрой, а добили французским языком дирижера Шпиллера»

Фото из архива Красноярской краевой филармонии

№ 16 / 900

Ссылки по теме:

Фестиваль свободного стиха/верлибра в музее Вадима Сидура

В третье воскресенье каждого месяца площадки Объединения «Манеж» работают бесплатно.

 

17 апреля, в рамках дня свободного посещения, музей Вадима Сидура приглашает всех желающих на  фестиваль свободного стиха.  В программе мероприятия: научная конференция филологов и поэтов, вечер поэтического перевода, авторские выступления поэтов.

 

На конференции выступят известные учёные и критики: Игорь Вишневецкий, Юрий Орлицкий, Слава Лён, Александр Бабулевич, Евгения Коробкова, Данила Давыдов, Елена Зейферт, Наталия Черных, Владимир Аристов.

 

Со своими переводами верлибров с разных языков познакомят: Дмитрий Кузьмин, Татьяна Виноградова, Юлия Дрейзис, Ольга Соколова, Анна Орлицкая, Илья Оганджанов, Лев Оборин, Наталия Азарова, Борис Шапиро, Анастасия Строкина, Ефим Беренштейн, Мария Галина, Антон Нестеров, Андрей Щетников, Андрей Полонский, Татьяна Данильянц.

 

Московские фестивали свободного стиха проводились в столице, начиная с 1989 года, а с 1992 года этот крупнейший в стране поэтический фестиваль стал проходить в музее Вадима Сидура. Здесь собиралось до ста авторов из разных городов России. Выступления поэтов сопровождались музыкальными номерами и небольшими научными конференциями, посвященными проблемам теории стиха. Двери музея Вадима Сидура вновь распахнутся 17 апреля для проведения 23 по счету фестиваля верлибра. Куратор — Юрий Орлицкий.

 

Юрий Орлицкий — доктор филологических наук, профессор, поэт. Автор более 800 статей по теории стиха и прозы в современной русской литературе, четырёх литературоведческих книг. Организатор и участник 22 фестивалей русского свободного стиха, семь из которых проводились в Музее Вадима Сидура. Как поэт печатался в «Антологии русского верлибра», альманахах и коллективных сборниках. Переводил Т.С. Элиота, Э. Паунда, американских и турецких поэтов.

 

Программа фестиваля:

12:00-14:00 — Круглый стол (научная конференция) «Свободный стих в современной поэзии»

15:00-18:00 — Дискуссия и чтения российских и зарубежных переводчиков свободного

18:00-20:00 — Чтения поэтов (участников)

 

Вход свободный.
Музейная
 экспозиция  и выставка современных художников «Из-под земли» в этот день будут работать бесплатно.

 

Аккредитация прессы: Объединение «Манеж» | +7 (495) 645-92-76 | [email protected]

Стали достойным примером для других

В отдельных поселениях Ужурского района Центр тестирования ВФСК «ГТО» продолжает приём нормативов у населения.

Нормативы сдают не только младшее поколение, но и более взрослые участники; не только спортсмены, но и ужурцы, решившие проверить свою физическую подготовку. В этом году, помимо школьных организаций, выполнили нормативы ВФСК «ГТО» сотрудники Ужурского следственного комитета. Они с достоинством прошли все испытания комплекса ГТО и сдали нормативы на ЗОЛОТЫЕ знаки. Можно поздравить Прачёва Сергея Николаевича и Светильникову Елизавету Александровну.

Так же золотым знаком порадовала себя и педагог Ужурской школы-интерната — Гопоненко Ирина Сергеевна, она показала свои способности и активность в спорте, физической культуре, и стала достойным примером для других педагогов Ужурского района.

Ученики школ Ужурского района выполняли нормативы в 2019-2020 учебном году. Золотые знаки ГТО получили ученики Ужурской школы № 1 – Комарницкий Антон, Синицина Софья, Меркушов Савелий, Жидкова Александра и выпускник этой школы Большаков Станислав. Как известно, золотой знак ГТО дает право абитуриенту рассчитывать на начисление дополнительных баллов к сумме набранных в ЕГЭ. Единого норматива по начислению баллов за ГТО для поступающих в вузы не существует. Каждое высшее учебное заведение самостоятельно определяет для себя приемлемые пороги.

Отличились в спортивных достижениях не только молодежь и бюджетные организации, но и работники частных предприятий. Золотым знаком награждена продавец магазина «Ромашка» — Елизарьева Людмила Владимировна, которая в своей ступени показала очень высокие результаты, которые дадут фору молодым участникам.

На серебряный знак ВФСК «ГТО» в сезоне 2019-2020 гг. выполнили нормативы 24 человека: Шабышева Злата, Блинова Василиса, Багаева София, Сосновская Яна, Пономарева Дарья, Мукумов Абдухамид, Башанов Иван, Кудрявцев Артём, Колесова Анастасия, Землянкин Иван, Фалев Анатолий, Кузнецова Наталья, Шапоренко Вадим, Арбузина Ксения, Прихожая Полина, Димухаметова Елена, Малеева Ксения, Булахов Данил, Сухова Анна, Филичкина Ариана, Попова Наталья, Ужакин Глеб, Морова Анастасия, Мина Елена.

Обладателями бронзовых знаков комплекса ГТО стали: Сенють Константин, Мальковская Анастасия, Гершенович Владимир, Боброва Александра, Томилин Артём, Осокина Алиса, Вяльцева Дарья, Терехов Константин, Сатдарова Екатерина, Зейферт Дарья, Марушнева Ксения, Парфёнов Данил, Щербенок Виталина, Резанова Маргарита, Лисовцев Александр, Юрочкин Роман.

Серебряный и бронзовый знаки ГТО — это очень достойный показатель физической подготовки, все участники очень старались в период сдачи нормативов и заслуженно получили свои знаки отличия. Пожелаем, чтобы в следующей ступени они улучшили свои результаты.

В Ужурском районе каждый год сдают нормативы ГТО сотни участников, каждому из них выпадает возможность проверить свои силы. Надеемся, что ужурцы, заслужено получившие знаки комплекса ГТО, дадут пример своими выступлениями каждому жителю нашего района. Любой желающий может попробовать себя, сдав нормативы ГТО. И с достоинством носить на груди знак.

Сделай движение вперёд и ты! Подтянись к движению!!!


А.Ю.Головко, начальник центра тестирования ВФСК «ГТО» в Ужурском районе.

На удалёнке... От жизни?: Культура: Облгазета

Нынешняя ситуация смогла повлиять даже на то, что ей вроде и неподвластно. Чего проще, казалось бы: сиди на диване (в изоляции!) и читай «Урал», пусть даже и с пристрастием. Ан нет. Сначала из проекта выбыла согласившаяся участвовать в нём Анна Сафронова, главный редактор журнала «Волга». Перестроились на ходу. Предложили диалог собеседнику, которого и так видели в этом проекте, правда – чуть позже, по итогам. Форс-мажор ускорил планы.Евгений ЗАШИХИН, главный редактор Издательства Уральского университета, в 2020-м может отмечать юбилей – 30 лет на посту главреда книжных издательств (придя в 1990-м в Средне-Уральское книжное издательство, он работал затем главным редактором в издательствах «У-Фактория», «Сократ», теперь вот – в издательстве УрФУ). Из формата проекта нынешнего года (собеседники – сотрудники толстых литературных журналов России) Евгений Зашихин тоже не выпадает: семь лет работал в отделе критики журнала «Урал», так что и журнал ему не чужой, и уральскую литературу знает. Но в нынешних реалиях общение и с ним оказалось, к сожалению, ограниченным.

После определения приоритетов для обсуждения «ОГ» отправила Евгению Зашихину вопросы по ноябрьскому номеру «Урала». Но он – на удалёнке – уже готовил свой монолог-впечатление. Два голоса не совсем совпадают в диалоге. Но мы решили представить их именно так: вопросы от «ОГ» (ведь в них уже сформулировано впечатление, оценки одной стороны) и ответы нашего визави. Тем более что Евгений Зашихин уточнил: «Пусть коротко, но что я хотел сказать – сказал».

Ирина КЛЕПИКОВА, журналист, автор проекта:

– В ноябрьском «Урале», по странному стечению, несколько текстов, герои которых если и не профессиональные литераторы, то всё равно люди, отчаянно пытающиеся выразить себя в слове. Для них «всё ничто по сравнению с ужасом собственной немоты», они испытывают «страх перед чистым листом бумаги», но при этом понимают: «Если не сделать попыток описать жизнь – она словно прошла впустую, исчезнет как сон или дым». А вот когда «наконец стал автором книги – как бы впервые и сам появился на свет». Автор нескольких книг прозы и литературоведческих очерков Андрей Убогий, описавший эти писательские мытарства, цитирует из латыни «Scribo ergo sum» – «Пишу – значит, существую». Не поспоришь. У пьесы «Кокон» уральца Владимира Зуева – вообще подзаголовок «Письмо потомкам». И он тоже пытается «избавиться от немоты». И герой Романа Сенчина уединился «У моря» (название повести) писать сценарий. Каждый пытается «обрести собственный голос». Насколько удаётся? И не лукавство ли это: писатели пишут про себя, поскольку иного вокруг в качестве сюжета не видят?

– «Разбитый вдребезги звонок» нельзя пропустить даже по причине жанра. Роман! Но, настроившись на романное, эпическое чтение, ты с порога попадаешь в клиповый мир… вещей. Дырокол, Баночка с Клеем, Календарь – да они ещё и разговаривают! С трудом, но ты вроде готов настроиться на эту волну как в английских нонсенсах, к которым, правда, хорошо бы иметь «ключ». Однако очень скоро фантазийный мир меняется на вполне конкретный и реальный: в тексте замелькали Ельцин Центр, библиотека Белинского, агентство «Ура.ру», лечебница «Сосновый бор»… Да это же про нас, про Екатеринбург – «перенастраивается» читатель. Но и тут, похоже, без «кода» к тексту-головоломке не обойтись… Евгений Степанович, вы хорошо помните «Рябиновую революцию», предыдущий роман автора, на который он делает отсылки и в новом романе. Может быть, с вашей помощью легче отыщется необходимый к тексту «ключ»?

– «За одним столом» Владимира Блинова, повествование в стиле пэчворк, уже попадало в поле зрения рубрики «Читаем с пристрастием» (нынешний текст – продолжение). Хотела даже пропустить. Но натурально – с первой строки: «Зашихин сломал ногу. Пришлось ходить в гипсе…». Это ж про вас!.. Каково это – оказаться героем дневника коллеги? Дневника «почти без вымысла». И в чём, на ваш взгляд изнутри))), живучесть и ценность этого жанра, которым не пренебрегали и ведущие российские романисты – достаточно вспомнить «Мгновения» Бондарева, «Крохотки» Солженицына, «Камешки на ладони» Солоухина, «Затеси» Астафьева

– 45-летний герой «Кокона» отвечает на вопросник о внутренних страхах (сколько подобного разбрасывает сегодня Интернет, и люди охотно сканируют себя). В ответах-аргументах немало ситуаций, которые и тебе, читателю, знакомы – по твоему детству, школе, жизни в мегаполисе, взаимоотношениям с начальством… Только в результате герой признаётся, что вся его жизнь – «смесь страха и любопытства». Больше того: любивший в школе петь про «прекрасное далёко», во взрослой жизни он обнаруживает: «И мы в такой заднице оказались. И эта задница была совсем не похожа на «прекрасное далёко». А вот к таким сильным обобщениям про «советское детство» и «адову советскую старость» я, например, не готова. А вы?

Евгений ЗАШИХИН, кандидат филологических наук:

Вошедшие в текущий быт «коронавирусные» реалии даже о литературе заставляют говорить с поправкой на сосуществование рядом с нами этого самого ковида. Так что своё итоговое читательское впечатление от ноябрьской книжки «Урала» я сформулирую разъяснением собственного заглавия. К моему глубочайшему разочарованию журнал, который всегда с интересом листаю, а то, что остановило внимание, ещё и читаю, именно в данном выпуске как-то совсем уж ощутимо ушёл на «удалённый» режим работы.

И это, разумеется, не та удалённость, которая в соблюдении санитарных норм. Увы, но содержание журнальной книжки больше свидетельствует об удалённости от постановки серьёзных вопросов о времени и нашей жизни. И об удалённости от определённых образцов литературного качества, без чего поэзию трудно называть поэзией, а прозу – прозой.

Я сейчас не говорю о писательских установках – субъективно каждый из них вслед за Андреем Убогим, автором мемории «Начало, или Scribo ergo sum», мог бы повторить пафосную фразу: «Я понял, что писать нужно только о том, что ты любишь». Только дальше-то что: судят ведь по результатам. А их в данном выпуске «Урала» как-то не густо.

Открывает номер подборка стихов Владимира Гандельсмана «Вот лёд живой и мёртвый пламень»: шесть стихотворений на четырёх страницах от известного автора, что «живёт попеременно в Нью-Йорке и Санкт-Петербурге» (из аннотации). Почему именно они попали в ноябрьскую книжку, ответить трудно. Да, своего уровня поэт не уронил, но не более того. Вообще, ситуация с поэзией в номере интересная: достаточно широка география авторов, стало быть – журнал обеспечивает не только уральское, но и российское представительство жанра; очевидно, есть в этом смысле у издания и некая политика – потому что стихов достаточно много. Но тут же возникает вопрос: а ЗАЧЕМ здесь все эти стихи?.. В довесок к впечатлениям о поэтических страницах – пара строк о публикации Юрия Казарина «Троица Рильке»: взято большое стихотворение Рильке «Орфей. Эвридика. Гермес» и отягощено липким профессорским комментарием. «Персонифицированный образ», «язык овеществлённой и метафизированной лирики», «функционально-денотативная («эластично«-предметная фабула)» – какой читатель поймёт этот птичий язык, с нагромождением «скобок в скобках»? Всё в целом – как-то по-жречески, непонятно.

Следующая в номере – а книжка журнала, на мой взгляд, настолько распадается на отдельные материалы, что говорить о контенте можно даже не по значимости публикации, а элементарно следуя за содержанием, – повесть Романа Сенчина «У моря». Это – пусть и без каких-либо претензий на открытие темы или нового образа в системе персонажей – пожалуй, самая крепкая вещь в разделе прозы. Так оно и понятно: Сенчин опытный профессионал, и он уверенно (а это видно даже в том, как членится повествование) отработал сюжет о частной, вроде бы, истории своего героя: очередной попытке нашего современника убежать от себя и проблем с окружающим миром, выехав на дикие в «несезон» морские берега. Только вот от себя не убежишь…

Трёхстраничный поэтический дебют в «Урале» москвички Ольги Ефимовой «Молодые волны встают с колен», как, впрочем, пятистраничная подборка стихотворений нашего земляка Андрея Торопова «У каждого своё кино…» и, в особенности, семистраничная публикация москвички Елены Зейферт произвели на меня довольно странное впечатление: такое ощущение, что тексты лежмя лежали в редакционном портфеле, но в особых условиях удалёнки их-таки пустили в дело. Зато семистраничная подборка Бориса Кутенкова (интересно, а за что конкретно этого московского поэта и литературного критика в аннотации назвали ещё и «литературтрегером»?) «Снег ложится, и каждый себе виноват…» – по-настоящему самодостаточна. Так что знакомство с нею своего рода подарок читателю.

Старательно подсчитывал количество страниц в публикациях, дабы понять: каким же это макаром журнал смогли составить тексты, которые заполняют объём, но не делают его номером, то есть штучным, единственным в своём роде выпуском регионального ежемесячника? Отгадка, конечно же, на поверхности. Пробоину в корпусе текстов образовали 96 страниц, отданных на публикацию романа Вадима Дубичева «Разбитый вдребезги звонок».

По идее, это могла быть центральная вещь в номере, но… Вряд ли этот текст в силу его художественных достоинств вообще следовало печатать. Тем более что здесь изначально видишь нарушение норм поведения во время пандемии: автор не носит маску (случись в подписи псевдоним, не так бы бросалось в глаза, что это проза уважаемого областного чиновника) и не соблюдает «социальную дистанцию» (не стоило публиковать подобный опус на страницах подведомственного журнала). У Дубичева как-то печаталась в «Урале» «Рябиновая революция» – очередное обращение к исходному материалу той прозы демонстрирует еще одну ипостась удалёнки: когда нечем заняться, можно и литературой побаловаться. Только при чём здесь читатель?

К сожалению, и другие публикации по разделу прозы оставляют желать лучшего. Откровенно слабым считаю «За одним столом» Владимира Блинова,«повествование в стиле пэчворк». Вот он вспоминает 10.03.2011 (даты заметок указаны точно), как он прочёл книгу коллеги, и – «Сделал множество пометок, хочется поговорить, поспорить…». Так почему не поспорил?! С 2011 года у тебя на это было время! Чего ж теперь об этом писать?.. Нельзя – и тут я уже обобщаю впечатления по номеру в целом – печатать что-либо из расчёта каких бы то ни было прежних заслуг автора.

  • Опубликовано в №223 от 28.11.2020

Сюжет

Читаем с пристрастием
Представляем очередной номер журнала «Урал» с участием известных уральских литераторов.

Субъект в новейшей русскоязычной поэзии – теория и практика

Сергей Бирюков (Галле)

Трансформации субъектности

В настоящее время существуют различные виды субъектности в поэзии. С одной стороны, отмечается появление новых видов субъектности, а с другой – использование таких, которые можно назвать традиционными. Однако и эти виды подвергаются существенной трансформации. Это зависит, разумеется, от индивидуальности автора и от тех приемов, которые он использует при создании произведения. В данной работе выбор авторов обусловлен тем, что каждый из них находится в перманентном поиске средств выразительности. Субъектность не задана изначально, а вызревает и вырастает. Таким образом происходит возврат к фундаментальному значению «поэзии», как «творению».

В связи с этим исследователю необходимо, помимо собственно поэтических текстов, учитывать авторефлексивные тексты авторов, а то и побуждать авторов на создание таких текстов, задавая провоцирующие вопросы.

Я считаю, что в анализе современной поэзии важен не только взгляд со стороны ‒ исследователя (литературоведа, лингвиста, культуролога), но и взгляд изнутри ‒ самого создателя текстов. Трансформация происходит на уровне поэтического текста, но это значит, что в пре-тексте и за текстом происходят определенные трансформативные процессы, которые могут затрагивать и субъектность.

I

Классификацию традиционных форм субъектности представил в 70-е гг. прошлого века теоретик литературы Борис Корман (1922–1983), творчески связанный с московско-тартуской семиотической школой. В своем построении «теории автора» он опирался одновременно на идеи Ю.Н. Тынянова и М.М. Бахтина. Его подход основывался на четкой структуризации литературного пространства, в том числе в отношении «субъектных форм выражения авторского сознания». По Корману, субъекты могут быть следующие: «собственно автор», «автор-повествователь», «лирический герой», «ролевой герой». При этом «собственно автор» и «автор-повествователь» в своих текстовых проявлениях сближаются, а в случае с «ролевым героем» можно говорить о своего рода двусубъектности.1← 79 | 80 →

Представляется, что в целом ряде случаев такая структурно-типологическая классификация может быть вполне применима к бытующим сегодня в русскоязычном пространстве поэтическим практикам.

В первую очередь это такие практики, которые основательно связаны с традиционным письмом. При этом традиция в данном случае понимается достаточно широко. Это и понимание роли поэта как создателя собственного мира (или миров), и владение различными поэтическими жанрами и способами письма, и, следовательно, различные способы представления субъектности.

Обратимся к деятельности поэтов, чье творчество достаточно репрезентативно представлено в современном литературном процессе. Это Елена Кацюба, Константин Кедров, Вадим Месяц и Андрей Тавров. Эти поэты активно действуют в поэтическом пространстве, кроме того, они занимаются авторефлексией и рефлексией по поводу творчества других авторов.

Константин Кедров предпочитает действовать от первого лица в авангардной и даже модернистской традиции позиционирования поэта как демиурга. Подобно тому, как он работает (играет) с различными стихоформами, он так же обыгрывает формы субъектности. К нему можно отнести определение хорватского теоретика Й. Ужаревича о лирическом «Сверх-Я»2, то есть Я, которое не только создает текст, но и в то же время ведет наблюдение над созданием текста. Такая степень субъектности характерна для некоторых авторов, осознанно работающих в экспериментальной поэтике.

В первую очередь для Елены Кацюбы, которая определяет свои действия в поэтическом пространстве как «лингвистический реализм». Это означает, что она следует за словом, которое имманентно является субъектом творчества. Поэт в данном случае предстает своеобразным скульптором слова и, в зависимости от фактуры слова – мягкой или твердой, лепит или вырубает словесную скульптуру.

Вадим Месяц в своем творчестве представляет различные трансформации субъектности. У него можно обнаружить все виды субъектности, обозначенные Б. Корманом. Месяц пишет и лирику от первого лица, выступает и как автор-повествователь в стихах на исторические и мифологические темы, и в качестве ролевого героя, когда пишет от лица другого(ой). Кроме того, он фактически входит в мир досубъектного (до-субъективного) творчества, когда пишет тексты, ориентированные на аутентичный песенный фольклор, или создает своеобразный новый эпос («Норумбега»).

Андрей Тавров, поэт, стилистически близкий к направлению метафористов, выделяется углублением в философско-теологические проблемы бытия. Его интересуют надличностные проблемы. В роли субъекта здесь скорее выступает собственно автор, который отрешается от субъективности в ← 80 | 81 → пользу создания объективной картины мира. Вероятно, Тавров мог бы повторить слова Ницше из его «Рождения трагедии из духа музыки»:

Субъект, волящий и преследующий свои эгоистические цели индивид, мыслим только как противник искусства, а не его источник.3

Тавров создает целый ряд программных произведений, в которых манифестирует проект создания деперсонализированного, надиндивидуального искусства, обусловленного религиозными коннотациями.

Константин Кедров

«У поэта нет биографии – только вечность», – утверждает Константин Кедров в эссе о Хлебникове. В случае с Хлебниковым – это безусловная данность. Но и по отношению к поэтам в предельном приближении придется согласиться с этой максимой. В конечном счете мир, созданный поэтом, в абсолютном смысле принадлежит вечности. Хотя, конечно, можно складывать и биографии поэтов. Но Константин Кедров верен предназначению, он ищет и находит такие формы взаимодействия с мыслезёмом (воспользуемся хлебниковским словом), которые выводят его к действительно довольно рискованным кручам и обрывам времени.

Уже здесь в острой форме ставится вопрос о субъектности. Если у поэта нет биографии, не значит ли это, что он как субъект выступает в качестве ретранслятора некоторых идей, смыслов, которые внесубъектны?

Тут нам и придет на помощь мысль о «лирическом парадоксе», сформулированная Йосипом Ужаревичем. Он пишет:

Позиция лирического Сверх-Я вполне аналогична позиции кинокамеры по отношению к снятому фильму. […] В этой полной связанности Сверх-Я со стихотворением как целым лежит смысл транспарадоксальности, т.е. эффект художественного катарсиса. Проблематика лирического Я и Сверх-Я включает два предельных случая: подчеркнутый персонализм и полную (но, в сущности, видимую) деперсонализацию. Между этими предельными случаями есть целая шкала возможностей структурных реализаций лирического субъекта. Здесь важно также подчеркнуть, что лирическое Я в тематическом и структурном смысле также является объектом лирики (а не только и не столько «субъектом»), как и все многообразные его состояния […]4

В принципе парадокс Ужаревича, как мы увидим дальше, работает универсально. Но в отношении Кедрова и некоторых других поэтов авангардного направления он особенно актуален. Дело в том, что в поэтике ряда авторов, которых можно отнести к внеисторическому авангарду, как правило, можно заметить высокий уровень рефлективности. Эта рефлективность, аналитичность базируется (хотя и в разной степени) на освоенном ← 81 | 82 → наследии исторического авангарда, воспринятом как проекция. Тут работают разные включения. В случае с Кедровым эти включения фундаментального характера.

Константин Кедров – поэт, литературовед, философ – формировался во многом под влиянием хлебниковской поэтики и хлебниковского мировоззрения. В 1966 году на историко-филологическом факультете Казанского университета Кедров защитил диплом «Лобачевский – Хлебников – Эйнштейн». В дальнейшем Кедров посвятит Хлебникову ряд замечательных исследований.

Взаимодействуя с текстами Хлебникова, погружаясь в его миры, Кедров вырабатывает собственную оригинальную поэтику, приходит к открытию и утверждению метаметафоры, к пониманию «выворачивания» как фундаментальной основы поэтического процесса. Так построены многие его тексты, начиная с поэмы 1960 года «Бесконечная» и не заканчивая серией поэм под общим названием «Компьютер любви».

Говоря о поэтическом творчестве Кедрова, необходимо иметь в виду, что он является автором многих поэтологических и культурологических работ и прежде всего такой масштабной работы, как книга «Поэтический космос». В этой книге в наиболее фундированном виде изложены важнейшие положения поэтики, трактуемой Кедровым космологически и, разумеется, поэтически. Ближайший аналог, который возникает при чтении этой книги, – Андрей Белый, остающийся поэтом и в прозе, и в своих теоретических изысканиях.5 Мировая мифология, теология, философия, литература, искусство, научные открытия – все это образует поэтическое тело текста.

«Выворачивание» – это собственно глобальная инверсия. В анаграммах и палиндромах наиболее явная. Но в то же время это и «выворачивание» субъекта, инверсия или трансформация субъекта. В одном из ранних произведений Кедров писал:

Человек оглянулся и увидел себя в себе.
Это было давно, в очень прошлом было давно.
Человек был другой, и другой был тоже другой,
Так они оглянулись, спрашивая друг друга.
Кто-то спрашивал, но ему отвечал другой,
И слушал уже другой,
И никто не мог понять,
Кто прошлый, кто настоящий.
Человек оглянулся и увидел себя в себе...
Я вышел к себе
Через – навстречу – от
И ушел под, воздвигая над.6

Автор диссертации о метаметафоре Евгения Князева пишет: ← 82 | 83 →

Стихотворение пронизано мотивом «зрения», обратного и разнонаправленного, открывающего перед человеком метафизическую реальность, в которой, оглядываясь назад, ты попадаешь в себя: внешнее оборачивается внутренним. В пространстве памяти человек выходит из себя нынешнего, не совпадая ни с одним своим прошлым Я. Каждый раз Я становится другим, так что принципиально невозможным оказывается диалог между ними.7

Итак, различные Я внутри одной личности ведут как будто к расподоблению субъекта, к многосубъектности. Но само осознание поэтом этой метаморфозы ведет к переформатированию.

В многосоставной и как будто самотрансформирующейся поэме «Компьютер любви» Кедров производит своего рода ревизию поэтического, уравнивая представления из различных, в обыденности несопоставимых категориальных рядов:

Небо – это высота взгляда
Взгляд – это глубина неба

Боль – это
прикосновение Бога
Бог – это
прикосновение боли

Выдох – это глубина вдоха
Вдох – это высота выдоха

Свет – это голос тишины
Тишина – это голос света
Тьма – это крик сияния
Сияние – это тишина тьмы

Радуга – это радость света
мысль – это немота души […]8

Говорящий в данном случае крайне субъективен, но сами определения формульны, то есть претендуют на объективность. Таков объективносубъективный парадокс Кедрова.

Елена Кацюба

Елена Кацюба, как уже сказано выше, исповедует «лингвистический реализм». Я обратился к поэтессе за разъяснениями, потому что это широкое понятие и трактовать его можно по-разному. Вот что ответила Елена:

Создание поэтического произведения осуществляется в пространстве и во времени. Это, в первую очередь, организация конкретного объема, внутри ← 83 | 84 → которого я нахожусь. Кроме того, текст имеет свою собственную историю и место в мире, которые я не создаю, а познаю. Поэтому я часто начинаю творить мир от начала своим, каждый раз разным способом. Например, с помощью зеркала:

Тогда сотворил Бог зеркало и отразился в нем
Так Адам создан был, и Бог его любил, как самого себя
Дал Бог Адаму зеркало, отразился Адам в зеркале –
так Ева явилась, и любил ее Адам, как самого себя.
Посмотрелись Адам и Ева друг в друга, как в зеркало,
и появились у них дети,
и Ева любила их больше самой себя,
оттого дети любили только себя, и убил Каин Авеля.
В гневе разбил Бог зеркало и развеял по свету.
Оттого мы видим мир не как создал Бог,
но как отражает зеркальный прах.9

Или с помощью лестницы:

Две птицы, соединенные крученым шнуром
Три птицы, соединенные медной цепочкой
Четыре птицы, соединенные шелковым платком
И многие другие соединенные лестницей из воздушных квадратов […]
Мир строился сверху вниз,
как бы падая ниц
с лестниц, страниц, ресниц […]10

Или с помощью азбуки:

Алая и Белая розы – это А и Б любви
далее – Война Глаз, Дар Евы, Желание, Забвение […]
в розарии азбуки, где Эхо Ютится
и в конце всегда Я.11

Никакого переключения не происходит. Это как исполнение роли своего персонажа в спектакле. Каждый мой текст – это не что иное, как я сама в определенные мгновения, которые удалось остановить – оставить в первозданном виде, то есть, говоря фигурально, не превращая яблоко в компот или конфитюр. Я не тащу слово за собой – я сама следую за ним. Это я называю «лингвистический реализм». На мой взгляд, поэзия делает то, что Мефистофель запретил делать Фаусту, – останавливает мгновения. Фауст ученый, а не поэт, поэтому он с легкостью заключил этот договор. Ведь для ученого результат – только повод для дальнейшего исследования. Сего ← 84 | 85 → дняшнее открытие завтра устареет. В мире чувств все иначе. Прекрасное мгновение, запечатленное поэтом, переживается снова и снова совершенно новыми людьми.12

Действительно, поэтесса следует за словом – но не только: она строит и собственное словесное здание, особенно когда работает с палиндромическим и анаграмматическим письмом. Здесь уже поэтесса сама становится исследователем ‒ если не Фаустом, то лингвистической Софьей Ковалевской. Ее палиндромические сочинения, сверхпоэма «Свалка» и особенно два тома «Палиндромического словаря русского языка» прекрасные тому свидетельства. Субъектом в данном случае выступает поэт-исследователь. В «Словаре» Елена Кацюба проводит обследование генного пространства слова. Это и трактат, который может быть назван «Искусство палиндромической поэзии», и впечатляющее поэтическое произведение, созданное в новом жанре «словаря» (вспомним «Хазарский словарь» М. Павича). Это хорошо организованный ритмически текст. Но заслуга в этом не только поэта. Язык сам («лингвистический реализм»!) выступает в роли деятельного субъекта. Поэт и язык как будто вступают в соревнование в достижении лучшего результата. В данном случае оба побеждают. Словесные пермутации выводят на новый уровень.

Выдающийся польский русист Ежи Фарыно так писал о палиндромическом письме:

Обратное чтение превращает прежний план содержания (нормативное чтение) в план выражения для иного содержания. Это иное содержание и есть содержание семиотическое. Оно отвечает на вопрос: «что есть язык, как он устроен и что он значит?»13

Он говорит также о «пре-тексте» и «пост-тексте», о соединении в одном лице получателя и отправителя, слушателя в роли говорящего.14 Палиндромные образования и в самом деле как бы дешифруют нормативный текст, но в то же время они удваивают прямой текст.

Таким образом, мы можем говорить об удвоении субъектности в палиндромическом творчестве Елены Кацюбы.

Вадим Месяц

Поэт, прозаик, критик, переводчик, издатель, огранизатор литературного пространства Вадим Месяц в области поэзии работает в совершенно разных ключах, часто диаметрально противоположных. Он пишет лирические стихи, в которых получает возможность высказывания «лирическое я», высту ← 85 | 86 → пает как «ролевой герой», как «автор-повествователь». Его стихи, в которых мы встречаемся с «лирическим героем», традиционны в лучшем смысле этого слова. Они наследуют сразу нескольким традициям: здесь и русская классическая поэзия, и авангард, и различные европейские традиции – в частности, заметен сдвиг в сторону экспрессионизма. Например, такие стихи, в которых поэт предельно открыт и выступает от первого лица:

Неужели прошел год?
Я плохо помню, что было вчера,
но как стоял в этой очереди год назад,
помню до мелочей.
Такой же мороз, те же люди,

те же мысли, приходящие в голову.

Меня оборвали на полуслове,
и сейчас я возвращаюсь
к прежнему монологу,
будто вернулся в прошлое.

Не было перелетов,
других стран, гор и морей,
ссор и праздников, разбитых машин,
рождения дочери...

Даже менты кажутся мне знакомыми.

Храм архангела Михаила
в березовой роще на берегу Оки.
Новодел из красного кирпича,
оживающий на глазах
вместе с пришедшими людьми.

Очередь нетороплива.
Дыханье парит, приобретая
округлые формы в солнечный день.
Мы протягиваем пластиковые бутыли
волонтерам, разливающим
воду из двух почерневших цистерн,
тихо поздравляем друг друга с праздником.

Вся жизнь – как очередь за святой водой.15

Как видим, личный опыт здесь совпадает с опытом других. Поэт не отделяет себя от других. Заключительная строка ставит афористическую точку. Применительно к этому поэту можно говорить о своеобразной борьбе с субъективностью и субъектностью. Он постоянно обращается к внесубъ ← 86 | 87 → ектным, коллективистским формам, как в случае с созданием неоэпоса («Норумбега», «Мифы о Хельвиге») или сочинением песен в «народном духе» (что отсылает к традиции ХIХ века, например, к Антону Дельвигу).

На мой вопрос о субъектности в его поэзии Вадим Месяц отвечает почти манифестно:

[…] Искусство должно ставить себе масштабные задачи, пусть даже невыполнимые, поэт должен преодолевать себя как человека, вытаскивать из своего опыта какие-то невероятные пласты... Я уверен, что путь от себя в сторону преодоления собственного «эго», расширения в космос, гораздо более продуктивен, чем усугубление своей индивидуальности. В народных песнях ярко выражен этот выход в коллективное бессознательное, и я пытаюсь писать песни, которые могут стать народными.16

Это высказывание чрезвычайно интересно и соприкосновением некоторых граней с идеями и воплощениями Велимира Хлебникова, который мыслил поэзию как возможность создания эпической картины мира, не только описывая мир, а воссоздавая и досоздавая. Его сверхповести и идея «Единой книги» красноречиво об этом свидетельствуют.

Но и в случае Хлебникова, и в случае Месяца мы сталкиваемся с парадоксом. Действительно, создается неоэпос. Но он не анонимный, а авторский! Мы знаем автора, и к тому же он комментирует собственное письмо.

В книге Месяца «Норумбега» помещены размышления автора – почти исследователя – и не только на тему эпоса, а также и попутно на многие другие темы. Житейское здесь переплетается с литературным. То есть автор отрицает субъективность, но его комментарии вступают в спор с его собственной позицией.

Такую позицию можно рассматривать как попытку уйти за пределы сегодняшнего, мгновенного, к неким вечным, традиционалистским устоям. Таким образом мы все-таки имеем дело с субъектом, который находится в поисках неких устойчивых координат. Мы все-таки видим перед собой поэта, который и в XXI веке не потерял своей романтической составляющей. Романтизм был обращен как раз к мифологии и создавал собственную мифологию. И это касается не только Уланда, а доходит до Вагнера и Ницше. В этом смысле интенции, которые развивает Месяц, вполне ницшеанского толка, со многими поправками, разумеется.

Поэт, как мы видим на примере Вадима Месяца, – постоянная величина, даже если старается выйти к самой объективной объективности.

В предисловии к «Норумбеге» академик Вяч. Вс. Иванов пишет:

Книга Вадима Месяца представляет собой сложное построение в духе нового Барокко. В ней современные опыты мифопоэтического эпоса причудливо соединяются с комментариями к нему, иногда основательными и ссылающимися на ученые труды, но часто и вовсе игровыми, где автор ускользает в ← 87 | 88 → изгибы своих увлекательных воспоминаний о путешествиях в Непал или не менее экзотические части Азиатской России […] «Постмодернистское» соединение самых разнородных фактов и вымыслов почти сбивает с толку отличного по возрасту читателя, имеющего только ограниченный опыт предыдущих поколений: я и цитаты из собственных писаний с трудом узнаю, когда они вплетаются в эту географическую и доисторическую мозаику. Те куски древних мифов и воплощавших их образов, которые в науке мы хотели понять умом, Вадим Месяц пробует оживить в эпосе, где им нужно вернуть хотя бы часть былого величия. А мне в поэтических частях книги близок дух серьезного беспокойства о будущем, гадания о предвидимом конце «железного века» – и расширение возможностей русского стиха, раздвигающего его в направлении, угаданном в поздних сочинениях Иосифа Бродского (содержащиеся в комментариях воспоминания о нем отступают на второй план по сравнению с продолжением его дела).17

Сам Вадим Месяц говорит о книге так:

«Норумбега», на мой взгляд, очень русская книга. Просто русскость не ограничивается одним лишь евразийством, пытается опираться на весь индоевропейский контекст. Отсюда: кельтские сказания, скандинавские саги, индийские веды. Это же родные русскому человеку вещи. Отчасти эта книжка о «варварстве». Так что я продолжаю «скифскую» линию нашей словесности. Мне действительно хотелось сделать так, чтобы поэзия была религиозной практикой […]18

Тут возникает целый ряд парадоксов, в мягкой форме отмеченных также Вяч. Вс. Ивановым, которые, на мой взгляд, являются важным структурным элементом книги. Книга русская, по определению самого автора, написана на русском языке, неоэпос предположительно германский, но насыщен также многочисленными отсылами к древним эпосам разных народов. Кроме того, существенное пространство книги занимают авторские эссе, поданные то в виде источниковедческих работ, то в виде мемуаров и поэтических зарисовок. По сути дела, перед нами эпос личного мира поэта. Это его собственная история, поданная таким нестандартным образом. Это он заново проходит сквозь эпохи, верования, «варварским» методом все смешивая, чтобы вырваться из обыденности и в конечном счете достигнуть просветления (сатори).

[Учитель Цинюань замечал]: Тридцать лет назад, когда я начал изучать дзэн, я сказал: «Горы являются горами, реки являются реками». После того как я прикоснулся к истине дзэн под руководством хорошего наставника, я сказал: «Горы не являются горами, реки не являются реками». Но сейчас, когда я достиг состояния конечного покоя (которым является «просветление»), я говорю: «Горы действительно являются горами, реки действительно являются реками».19← 88 | 89 →

Собственно, Вадим Месяц в частности возвращает поэзии ее исконную роль медитативной практики, переходя при этом на уровень «сверх-Я».

Андрей Тавров

Совершенно естественно будет здесь перейти к творчеству поэта, прозаика, эссеиста Андрея Таврова. Его книга «Зима Ахашвероша» вышла в 2008 году с предисловием Вадима Месяца. Этот текст Месяца, на мой взгляд, наиболее адекватно описывает, вплоть до проницания, творение Таврова и в целом его поэтическую практику, которую также можно назвать медитативной.

Книга построена как серия стихокартин, в которой сквозным мотивом проходят стихи с названием «Зима Ахашвероша» (всего их пять). Эти тексты я определяю именно как описания неких умозрительных картин, впрочем, напоминающих босховское и отчасти брейгелевское письмо (обращение именно к этим художникам характерно для метаметафористов). Описания насыщены и даже перенасыщены сюрреалистической образностью.

Приведу здесь первый из «зимних»:

ЗИМА АХАШВЕРОША

Зима Ахашвероша наступает. Галки
хлопочут в воздухе. Улица ведет к пустыне
с бензозаправкой. Витрина с «Pacco» взята не в фокус.
Не надо новых слов, этих достаточно. Галки
хлопочут в воздухе. И белей гусыни
взятый не в фокус снег. Зима Ахашвероша наступает.

Время, словно змея, жалит хвост попугая,
сделанного из мармелада. Голуби роются на помойке.
Пуля блуждает внутри пожилого тела, вслепую
ощупывая лабиринт руками – они красны.
Воздух сжимается в голубя и пускается врассыпную –
теперь он снежинка, блондинка и все такое.

Ахашверош стоит как снег, в гортани его – слово
о том, что поэзия знает больше
реки, расцветающей, что ни весна, берегами,
больше слов о конце и начале, великих и чуждых,
больше той, что после полуночи царапает вам лопатки,
больше той, с ложбинкой в паху, окруженной цветущей вишней.

Никто ничего не знает этой зимой.
Стынут рельсы, идут часы, самолеты летят домой.
Никто не видал кашалота, вынувшего кобелиный уд.
Не было ни ничто и ни всхлипа, мы растаяли сами в себе,
медленно, как мармелад за щекой, в собственной теплой слюне,
которой не осталось и на плевок. ← 89 | 90 →

нежные они трогают волосы золотыми колокольцами
дриады зеленые волнуют тебя голубиной песней
вишневой с горчинкой умножают твой шаг как маятник
заливы с парусом серебряным дышат бризом любимая здесь
здесь она обнимая единорога за шею на солнечной в бризе веранде.
..
И пуля обрастает верблюдом с ракушкой пустой головы.20

Ахашверош у Таврова – это Агасфер, Вечный Жид. Поэтому нет ничего удивительного в том, что здесь приметы времен сдвинуты, соположены, сопоставлены. Вадим Месяц в своем анализе полагает, что Ахашверош у Таврова, закованный в собственном Я и осужденный до второго пришествия, ищет выхода, освобождения. Но оно ему недоступно. Говоря о других текстах книги, Месяц пишет о «темницах собственного я», в которые заключены герои.21

Здесь тоже парадокс. Поэт отказывается от субъектности, от говорения в первом лице. Он стремится нарисовать объективную картину. Но тем не менее мы постоянно видим здесь взгляд художника. Либо мы должны признать, что это некто, неизвестный нам, представляет эти картины. В этом состоит определенная драма художественного сознания, которое даже в своей искренней попытке деперсонализации не может освободиться от субъективного видения.

II

Касаясь проблемы субъекта в поэзии, мы затрагиваем множество сфер, в том числе это сфера поэтического поиска, обновления поэтического репертуара, образной системы, языка и, наконец, самой поэтической конструкции.

Поиск субъектности идет постоянно. Мы можем вспомнить об обращении поэтов нового времени к античности, обращении американских битников к восточной эзотерике и духовным практикам, обращении художников исторического авангарда к первобытным культурам, к фольклорным артефактам и т.д.

Авангардная поэзия второй половины ХХ века вполне естественно обратилась в поисках субъектности к своим предшественникам. Это был абсолютно сознательный ход. Французские, немецкие и русские авторы второй половины ХХ века прямо обращались к опыту исторического авангарда, вплоть до непосредственного взаимодействия с еще живыми авангардистами исторического периода (Анри Шопен – Рауль Хаусман, Геннадий Айги – Алексей Крученых, Сергей Сигей – Василиск Гнедов). ← 90 | 91 →

В авангардной поэзии проблема субъекта особо обострена. Причиныв каждом индивидуальном случае разные. Общей можем обозначить саму природу авангардного – нацеленность на поиск новой выразительности. В ряде случаев осознанность действий как именно авангардных приводит к сильной рефлексивности, что в свою очередь порождает особые формы поэтического искусства: комментирование текста, «инструктивные тексты» (С. Сигей), конструирование приемов, в конце концов выход за рамки вербального в визуальное и звуковое пространство. То есть этот поиск прямо попадает в область поэтологии.

Неовангард наряду с поиском собственной субъектности должен был заниматься (и еще продолжает) восстановлением фигур и текстов исторического авангарда. Это задает экстраординарную ситуацию, в которой исторический авангард становится объектом исследования, текстологической и издательской деятельности современных авангардистов (этой работой в разное время и в разной степени занимались Г. Айги, С. Сигей, Вл. Эрль, Б. Констриктор, А. Мирзаев и др., в том числе автор этих строк). Применительно к авторам исторического авангарда мы можем говорить о различных определениях субъекта. Здесь и лирический герой, и поэт в романтическом понимании, и варианты остранения. Эти позиции сохраняются и в неовангарде, с добавлением в ряде случаев рефлексии по отношению к персонажам и стилевым особенностям исторического авангарда.

Я буду говорить преимущественно об авторах, с которыми мне довелось общаться, о которых, как мне кажется, я имею некоторое представление, в том числе в плане субъектности. Хотя определить субъектность во всех этих случаях дело довольно сложное. Каждый из этих авторов резко индивидуален. Я поставил себе задачу сопоставления с историческим авангардом. Но это задача на самом деле довольно условная, поскольку не все авторы готовы мне ответить на вопрос о сопоставлении.

Сергей Сигей, Ры Никонова

Пожалуй, наиболее определенно о прямом взаимодействии с историческим авангардом можно говорить в случае Сергея Сигея (Сергей Всеволодович Сигов, 1947–2014). Сигей с ранней юности был увлечен футуризмом. Он не только читал все, что входило и выходило в футуризм, но и переписывал, перерабатывал футуристические тексты, визуальные работы и даже иконографию. Он выступал как аналитик текстов, а также самой идеологии отдельных авторов и движения в целом. Он работал как текстолог, комментатор, издатель произведений Игоря Бахтерева, Василиска Гнедова, Алексея Крученых, Сергея Подгаевского, Александра Туфанова. Практически весь возможный корпус русского авангарда был им тщательно изучен. Кроме того, Сигей непосредственно общался с Гнедовым и Бахтере ← 91 | 92 → вым, а также с таким выдающимся знатоком авангарда как Н.И. Харджиев. Материалы, которые Сигей получал из первых рук, сразу же шли в работу – становились фундаментом самиздатского журнала «Транспонанс». В течение ряда лет этот уникальный журнал тиражом пять экземпляров Сигей делал вместе с женой – поэтессой и художницей Анной Ры Никоновой Таршис (1942–2014). Сергей Сигей и Ры Никонова также много занимались зарубежным авангардом, особенно дадаизмом и сюрреализмом, а также современными экспериментальными практиками. Не случайно они довольно органично вписались в международное движение мейл-арта, активно контактировали с зарубежными визуалистами. Независимо Сигей и Никонова проходили примерно такой же путь, который на Западе проходили поставангардные авторы. Опираясь на опыт предшественников, они этот опыт в существенной степени деконструировали. Справедлив вывод Ильи Кукуя, который он сделал, анализируя журнал «Транспонанс»:

Определяющими факторами авангардной поэтики для транс-поэтов были отнюдь не идея движения вперед и достижение нового состояния общества, а необходимость развития индивидуального поэтического языка.22

Во «фрагментах полной формы» Сигей специально акцентировал различные приемы, которыми он пользовался или только предполагал пользоваться: «афатическая поэзия», «аналогизация», «иероглифизм», «наложение стихотворного листа на лицо читателя», «ритмодинамический монтаж текста», «цифровая литература» и др. Характерна такая помета, сделанная Сигеем в 1975 году:

[…] никогда не забывать, что сочиняю поэзию после: трубадуров, малармэ, дзен-буддистов, шеербарта, моргенштерна, макаронических поэтов, гонгоры, кавалера марино, лили и люллия, плотина (невмешательство), дада поэтов, маринетти, японцев и китайцев […].23

На протяжении всей творческой деятельности Сигей постоянно в разных формах обращается к своим предшественникам, вплоть до того, что он работает непосредственно с текстами, как, например, в этом случае:

СОХРА ВЕЛИМИРНИКАВА
времыши камыши
на озере береге
где каменье временем
где время каменьем
где на берега где озере
гдевремы гдеменья камыши
на гдеозере бегдереге
священно гдеменьем шумящие гдеши
мыши времени шыши24← 92 | 93 →

Как видим, Сигей обратился к раннему стихотворению В. Хлебникова (1908). Приведу его следом:

Времыши-камыши
На озера береге,
Где каменья временем,
Где время каменьем.
На берега озере
Времыши, камыши,
На озера береге
Священно шумящие.25

Текст Хлебникова прозрачен и сохраняет классическую стройность, чуть сдвинутую инверсией. Сигей же во второй половине своего текста доводит инверсивность до абсурда, переходящего в заумь. Таким образом выстраивая проекцию хлебниковского пути, помноженную на проекцию пути собственного. «Сохра» – то есть сохранение «велимирникова». Здесь современный поэт заумниченьем скрывает свою сентиментальность по отношению к Велимиру – вообще, может быть, к этому периоду времени, к которому он постоянно обращается.

Впрочем, сам Сигей вполне определенно высказывается в тексте под названием «Колба записок»:

будущел уже не описывает как
будетлянин,
он выражает.
будетляне поверхность
сверху разрабатывали,
будущелы ее же
изнутри.
исходная позиция –
опыты велимира первого.
хлебников – зазов,
будущелы за званых гостей
в его доме пируют,
хлебников – стол,
будущел – хлеб,
хлебников – пол,
будущел – пляска26

Понятно, что Хлебников – фундамент – основание всех поисков. Современный поэт, даже противопоставляя будущельство будетлянству все-таки не может уйти из-под влияния будетлянина – будущелы пируют в его доме. Ситуация достаточно конфликтная. Мы не могли сбрасывать наших предшественников с парохода современности хотя бы по той причине, что они не присутствовали в открытом пространстве, их произведения храни ← 93 | 94 → лись впрок. И напротив – на нашу долю выпало заниматься их открытием. В то же время Сергей Сигей, Ры Никонова и другие авторы внеисторического авангарда пришли ведь со своей «пляской» – и ее надо было осуществить! Здесь налицо оказывалась как бы двусубъектность – необходимо было действовать от имени себя и от имени другого, включая в свои поиски «сохр».

Ры Никонова была менее склонна к тщательному изучению исторического авангарда. Будучи профессиональным музыкантом, она многое ловила со слуха, а визуальное мгновенно считывала оком художника. А дальше уже в ход шли перо, ручка пишмашинка, клей, ножницы, линейка, карандаш... Она создавала векторные стихи, координалы, архитекстуры, вкуумные и т.д. Джеральд Янечек насчитал тысячу форм.27 Но и она постоянно обращалась к творениям предшественников, вступая в диалог, часто самого радикального свойства. Ее увлекал радикализм формы Крученых, Терентьева, Зданевича, Чичерина, Туфанова. С ними она находила параллели, пересечения, точки отсчета и пересчета. Из обэриутов и Сигей и Никонова особенно чтили Игоря Бахтерева, с которым были знакомы и общались.

Игровое и ироническое, идущее от крученыховской линии, было особенно свойственно Ры Никоновой. Бабушкина фамилия в сочетании с придуманным грозным именем – лучшее тому подтверждение. Анна Александровна Таршис – это учительница детской музыкальной школы. А Ры Никонова – эпатажная авангардная художница, для которой законы искусства не писаны, она сама их создает. В частности, она пишет текст под названием «Любояз» – собрание неких максим о языке, об искусстве...

Обратим внимание на такое высказывание:

Умение скрыться за текстом – достовернейший показатель писательского мастерства. Зуд искренности, пророческое нетерпение приводит к обнажению наиболее дешевых участков мозга и только.
Без искусства нет искусства.28

Ры настолько искусно скрывается за текстом, что даже отказывается от текста вербального и переходит к визуальному, а затем и к пустотному или вакуумному. Казалось бы, таким образом она переходит от субъектности к некой объектности. Но это если за субъектность принимать индивидуальные (биографические в том числе) качества автора. От этих качеств Ры Никонова максимально отстраняется. Однако полностью спрятаться всетаки не удается. Все-таки остаются волевые качества, признаки стиля... Более того – радикальные нарушения канонов, изобретения форм ставят автора в исключительное положение. Фактически Никонова и Сигей находились в оппозиции не только к «классицизму» советской поэзии, но и к «классицизму» андеграунда. Но и в ситуации постсоветской они оказались противоположны так называемому мейнстриму. Толстые журналы дружно про ← 94 | 95 → игнорировали существование этих авторов. Трудно представить, скажем, в «Новом мире» или «Знамени» такой, например, текст Ры Никоновой:

ЖАН РЫ
(новые поэтические формы)
Пара-зиты
норковые стихи
Энные стихи
нуны
дабы
дубы
лубы
ду-ры
да-ры
дэ
дэдуры
ры-нды
рангигеры
цыпочки
цу
эцы
в ццыцмецком духе (ухе)
генетические цепочки29

Характерно, что написано это в 1970 г., доработано в 2003 г. То есть Ры с невиданным упрямством отстаивала свое право на радикальную уникальность, принципиальное невписывание в литературный процесс. Одна из ее книг, выпущенная нашим общим издателем в Мадриде, Михаилом Евзлиным, называлась «Обструганное бревно поэзии».30

Называя себя транс-поэтами, Никонова и Сигей очень точно артикулировали направление вектора – в сторону трансформационной поэтики. Полагаю, им был бы близок тезис французского поэта, переводчика и теоретика Анри Мешонника:

Есть только один тип поэзии. Поэзия, которая трансформирует поэзию. Все остальное – подражание. Китч для богатых.31

Позицию, которую избрали Никонова и Сигей, можно охарактеризовать как безсубъектную субъектность. В их произведениях мы практически не встречаем местоимения первого лица, никаких переживаний «лирического героя» или «героини». Но в то же время «поэт» имеет высокую котировку. Однако в данном случае поэт далек от традиционного романтизма. Мы можем констатировать своеобразный романтизм делателя – художника в широком смысле, создающего новое искусство. ← 95 | 96 →

Елизавета Мнацаканова

Можно говорить об особом пути Елизаветы Мнацакановой. Профессиональный музыкант, в начале 50-х гг. она окончила Московскую консерваторию как пианист и теоретик, а затем аспирантуру. Мнацаканова вышла на глубокие органические соприкосновения стиха и музыки. Фактически ей удалось объединить две стихии: музыку и поэзию. И в этом случае можно наконец определенно сказать, что существует поэзия музыки и музыка поэзии. В течение нескольких десятилетий Мнацананова создает цельную систему музыкально движущегося стиха.

Для того чтобы понять принципы мнацакановского подхода, надо вспомнить, как строится музыка. Музыкальная ткань имеет такое же членение, что и словесная: слово (в музыке – мотив), фраза, предложение, период. Все эти термины взяты из арсенала ораторского искусства, то есть словесности.

Близость музыки и слова, родственность их происхождения – все это не требует особых доказательств. Бах не только писал гениальную музыку, но и профессионально владел риторикой и преподавал ее. Однако внутренние связи элементов в музыке иные, чем в словесном искусстве. Мнацаканова пишет словами, но эти слова добываются из музыки, протягиваются сквозь музыку, поэтому они иногда неузнаваемы, поэтому мы видим наплыв одних и тех же слов (на самом деле они разные!). Кстати, напомним о сходных приемах у Хлебникова, но как бы в обратной перспективе: разные слова как сходные. Недаром Хлебников хотел проверить законы времени «музыкальным ладом» и недаром он один из чтимых Мнацакановой поэтов.

Мнацаканова использует музыкальные формы развития материала, и от того, какие это формы, зависит художественный результат. Так, хоровое многоголосие в одной из частей развернутого цикла «У смерти в гостях» создает напряжение, сходное с народными заплачками, при этом происходит необычное звуковое перераспределение: консонанты приобретают вокалическое звучание, а вокализмы – консонантное (при отрывистом – стаккатном – произнесении). Очень важно здесь при чтении правильное распределение дыхания: подсказанное записью текста, дыхание подхватывается. Именно из всех этих составляющих и складывается произведение, обладающее большой эмоциональностью.

Прорастание лейтмотивов в лейттемы – характерный прием симфонического развития – постоянно используется Мнацакановой, но в книге „Das Buch Sabeth“32 он доведен до совершенства. Мы не знаем, какая музыка звучала поэту, когда он писал это произведение, полностью оно может воплотиться в голосе автора. Однако у нас остается и возможность собственной интерпретации – голосом. ← 96 | 97 →

Характерно, что звучание в книге Мнацакановой в конце концов становится настолько осязаемым, что переходит как бы в видимое – и тогда читателю является и почерк, и графические видения автора в цвете – это звуковые волны наконец воплотились. И если в словесном, в звучащем мире остановка все-таки возможна, то в графике поэт достигает действительно неостановимости движения.

И уже сама графика влияет на звуковое воплощение. Здесь действуют системы современного музыкального письма, которые используют в качестве темы не развернутую мелодию, а тембр, тембровые пятна, ритмические структуры, и тогда напластования отдельных слов, которые наплывают друг на друга, дают тембровый эффект кластера, а сама запись текста становится графически ощутимой, переходит в цветомузыку.

Музыка – слово – живопись – слово – музыка: так схематично и кольцеобразно можно записать это вечное движение поэтического мира Мнацакановой.

Все «содержание» «содержится» здесь. И вытянуть его отсюда невозможно другим инструментом, кроме чувства, настроенности. Инструмент восприятия и передачи должен быть настроен. И тогда наступает ясность ощущения, открывается внутреннее зрение, открывается внутренний слух. И становится ясным, почему «объект» сравнивается сам с собой (март сравнивается с мартом, например), потому что время протекает мгновенно, и в следующую секунду вещь, явление уже не равны только что названным. Уже произошли глобальные изменения, явление перешло в другую плоскость. Такой подход можно назвать мультипликационным, но учитывая при этом, что мультипликация в «мультиках» лишь физическое явление, а в поэзии – если не захват метафизического, то путь, приближение...

Вывод, который можно сделать из всего вышесказанного, что Е. Мнацаканова создает художественное пространство, подобно тому, как это делают художники и композиторы, то есть авторы, действующие вне словесности.33

В стихах поэтессы ощущается магическая, заклинательная сила. И в то же время это так просто – слова разъединяются или соединяются, как будто сами, как будто за этим не стоит воли автора. На самом деле автор как раз очень изощрен, настолько, что он исчезает, его не видно, это не пресловутая поструктуралистская «смерть автора». Автор, которого на самом деле никогда не было, спокойно может умирать. Совсем другое дело живой, дышащий автор. Он, конечно, ходит в обнимку со смертью, как всякий смертный, но он разговаривает со смертью. И здесь проявляется отчетливая субъектность. Сама Мнацаканова в разговоре со мной называла автором своих стихов, особенно книги „Das Buch Sabeth“, печаль, то есть ← 97 | 98 → состояние! Но состояние по идее должно принадлежать кому-то. С большой долей вероятности можно предположить, что автору (тем более, если знать, что эта книга написана в марте-мае 1972 г., после того как Елизавета Мнацаканова перенесла в 1971 г. клиническую смерть). Однако в «нелирическом мире» (так бы я определил работу поэта, предпочитающего действовать композиторскими методами) автор передоверяет состояние некоему стороннему субъекту, а сам становится разработчиком главных и побочных тем и партий партитуры. Причудливый разброс слов и букв в книге, то сливающихся, то разлетающихся, цепь бесконечных секвенций – все это можно определить как партитурное письмо.

Если отрешиться от биографических моментов, то перед нами – прямое продолжение и развитие на новом этапе принципов авангардного письма. Это переразложение слова, словослияние, анаграмматизм. Здесь последовательно соблюдаются законы организации материала – тематизм, связность и протяженность музыкальной ткани, сотканной, однако, из слов. По форме такая ткань близка фольклорным заклинаниям и заплачкам, а также литургическому распеву. Вот один из примеров:

но светло март март март вот светло март
нас танет нас тянет нас станет март
март словно мать
март светло мать
вот светло мать март словно март нагрянет
НЕ СТАНЕТ НАС, НО СВЕТЛОЙ ТЕНЬЮ ВСТАНЕТ
глянет март мать словно март нас нагрянет на глянет на
на нас на
глянет
ТЕНЬ МАТЕРИ КАК ТЕНЬ КАК ТЕМЕНЬ
март словно мать мать светло смерть
нас взглянет

вот светло март как светло мать
вот светло март как светло смерть

вот светло смерть как светлый март
нагрянет
нагрянут
светло смерти вечера

вот светло смерть как светло мать
за

                                                    глянет34

Авангардизм Мнацакановой в том, что она отказывается от традиционной стиховой и грамматической конструкции в пользу традиционной музыкальной структуры. ← 98 | 99 →

Подчеркнутый перенос технологических принципов одного искусства в другое и есть настоящий авангардный подход. Другое дело, что самим автором это может не осознаваться, либо такая трактовка его может не устраивать. Но мы ведь имеем дело не с автором (в его естественных человеческих противоречиях), а с текстом.

Речь идет о книге Мнацакановой „Das Buch Sabeth“, то есть «Книге Завета», слово «завет» содержится и в латинизированном написании имени Елизаветы – ЭлиЗабет.

Но прочтем, что говорит сама поэтесса в предисловии к книге:

Эта книга о печали. Содержание книги – история встречи и расставания двух незнакомых людей, которые, собственно, никогда не виделись. Несмотря на это, они вспоминают друг о друге с тоской и болью. Когда они простились и расстались, чтобы никогда больше не встретиться, в их сердце медленно входит печаль, чтобы поселиться там навсегда.
Итак, печаль – важнейший протагонист всей этой истории. Печаль определяет действие, она играет главную роль. Печаль также подлинный автор данной книги.
Так что же это печаль? Какой смысл люди вкладывают в это слово?
Что касается слова. Во-первых, можно сказать: это не что иное, как движение сердца к моменту расставания; тому быстротечному моменту, который, не успев пройти мимо, уже закончен, навсегда вычеркнут из нашей жизни. Момент – теперь он медленно проплывает перед нашим мечтательным взором […] он медленно бьется в нашем сознании, это медленный и торжественный ритм поступи смерти. Отныне этот ритм стал ритмом нашей жизни, он управляет нашим дыханием, подчиняет себе все движения мысли, гонит нас дальше и дальше, идет вместе с нами по жизни и сквозь всю нашу жизнь.35

Ритм поступи смерти сливается с ритмом поступи жизни, становится неотличим. Далее автор уравнивает печаль и смерть. Она говорит, что автором книги является печаль, но стихи вызваны «ритмом поступи смерти»...

Можно предположить, что изменение сознания обострило в Мнацакановой и свело воедино ее разнообразные дарования – профессионального музыканта, художника и поэта.

Не подводя итогов, можно констатировать, что в творчестве избранных мной поэтов мы встречаемся с очень яркими стилевыми особенностями, которые позволяют определить этих авторов как художников, которые находятся в поиске новой выразительности. По многим показанным выше признакам эти авторы продолжают и развивают традиции раннего авангарда в наиболее радикальных его проявлениях, в том числе это сказывается на отношениях с субъектностью. Субъектность традиционного плана отрицается, либо выводится за пределы текста, либо преобразуется, как это делается в смежных искусствах – музыкальном и изобразительном. ← 99 | 100 →

Литература

Иванов, Вяч. Вс. (2011): Предисловие // Месяц, В.: Норумбега. М. 5-11.

Кацюба, Е. (1999): Красивые всегда правы. М.

Кедров, К. (2005): Компьютер любви // Диапазон. Антология современной немецкой и русской поэзии. Ред.: Елена Пахомова, Сергей Бирюков, Хендрик Джексон, Бернхард Замес, Константин Кедров. М. 314-316.

Князева, Е. (2000): Метареализм как направление: эстетические принципы и поэтика: автореф. дис. …канд. филол. наук. Пермь. http://www.dissercat.com/content/metarealizm-kak-napravlenie-esteticheskie-printsipy-i-poetika (12/12/2017).

Корман, Б. (1982): Литературоведческие термины по проблеме автора. Ижевск.

Кукуй, И. (2006): Лаборатория авангарда: журнал «Транспонанс» // Russian Literature. 59 (2-4), 2006. 225-259.

Месяц, В. (2008): «Приведите крота…». Предисловие // Тавров, А.: Зима Ахашвероша. М. 5-8.

Месяц, В. (2015): Стихи четырнадцатого года. М.

Мешонник, А. (2014): Рифма и жизнь. Пер. с франц. О. Миричик-Сьоли. М.

Мнацаканова, Е. (1988): Das Buch Sabeth. Wien.

Мнацаканова, Е. (1994): Vita breve. Из пяти книг. Избранная лирика (1965–1994). Пермь.

Никонова, Ры (2002): Обструганное бревно поэзии. Мадрид.

Никонова, Ры (2006а): Любояз. Лубок для чтения вслух // Russian Literature. 59 (2-4), 2006. 404.

Никонова, Ры (2006b): Жан ры // Russian Literature. 59 (2-4), 2006. 330.

Ницше, Ф. (1990): Рождение трагедии из духа музыки // Ницше, Ф.: Сочинения в 2 тт. Т. 1. Пер. с нем. Г. Рачинского. М. 57-156.

Сигей, С. (2006): Фрагменты полной формы // Russian Literature. 59 (2-4), 2006. 157.

Тавров, А. (2008): Зима Ахашвероша. М.

Темиршина, О. (2001): Типология символизма: Андрей Белый и современная поэзия. М.

Фещенко, В. (2013): О современных «композиторах языка». «Тайная музыка слова Елизаветы Мнацакановой» // Шталь, Х. / Рутц, М. (сост./ред.): Имидж, диалог, эксперимент — поля современной русской поэзии. München / Berlin / Washington. 513-529.

Хлебников, В. (2013): Избранное / Сост. С. Бирюков, В. Перельмутер. М.

Шабаева, Т. (2011): Преодоление литературы: интервью с Вадимом Месяцем // Российская газета. 05/10/2011. http://www.litkarta.ru/dossier/preodolenie-literatury/dossier_1983/ (12/12/2017).

Янечек, Дж. (1999): Тысяча форм Ры Никоновой // Новое литературное обозрение. 35, 1999. 283-319.

Янечек, Дж. (2006): Музыкальные процессы в стихотворениях Елизаветы Мнацакановой // Фатеева, Н. (отв. ред.): Художественный текст как динамическая система. М. 404-416.

Faryno, J. (1988): Паронимия – анаграмма – палиндром в поэтике авангарда. In: Wiener

Slawistischer Almanach. Bd. 21. München. 37-61. Segay, S. (2005): Formel vor. Gedichte auf Russisch. Itzehoe. Užarević, J. (1991): Лирический парадокс. In: Russian Literature. 29 (1), 1991. 123-140. ← 100 | 101 →


Теннисная статистика и прогноз на теннис - 12 мая 2021 г.

долларов США
ATP ОДИНОЧНЫЙ РАЗРЯД / 12.5.2021
Рома / Италия
Приз / деньги: 57
10:00 Тим Доминик (Австрия) [4 BYE] (4) 1,27 56,10% Ih3HO
Fucsovics Marton (HUN) (44) 3.82 43,90%
10:00 Норри Кэмерон (Великобритания) [Q] (49) 2,41 52,66% Ih3HO
Давидович Фокина Алехандро (ESP) [Q] (48) 1.56 47,34%
10:00 Баутиста-Агут Роберто (ESP) [10] (11) 1,75 57,86% Ih3HO
Гарин Кристиан (CHL) (22) 2.07 42,14%
11:30 Struff Ян-Леннард (DEU) (41) 4,35 34,78% Ih3HO
Рублев Андрей (RUS) [7 BYE] (7) 1.21 65,22%
11:30 Магер Джанлука (Италия) [WC] (90) 2,26 29,73% Ih3HO
Сонего Лоренцо (Италия) (33) 1.64 70,27%
13:00 Зверев Александр (DEU) [6 BYE] (6) 1.05 61,93% Ih3HO
Деллен Хьюго (BOL) [Q] (128) 10.31 38,07%
14:30 Чилич Марин (HRV) (43) 5,5 30,77% Ih3HO
Циципас Стефанос (GRC) [5 BYE] (5) 1.14 69,23%
15:30 Берреттини Маттео (Италия) [9] (9) 1,15 64,34% Ih3HO
Миллман Джон (Австралия) (42) 5.52 35,66%
16:00 Шаповалов Денис (Канада) [13] (14) 1,4 58,24% Ih3HO
Travaglia Stefano (ITA) [WC] (69) 2.93 41,76%
18:00 Грешник Янник (Италия) (18) 4,3 51,08% Ih3HO
Надаль Рафаэль (ESP) [2 BYE] (3) 1.22 48,92%
Хайльбронн (V) / Германия
приз / деньги: 100000 долларов США
10:30 Отте Оскар (DEU) (153) 2,02 39,42% Ih3HO
Zapata Miralles Bernabe (ESP) (139) 1.71 60,58%
10:30 Хоанг Антуан (Франция) (131) 2,6 39,67% Ih3HO
Нагал Сумит (ИНД) (140) 1,45 60.33%
12:00 Этчеверри Томас Мартин (Аргентина) [LL] (226) 2,51 54,44% Ih3HO
Даниэль Таро (Япония) [5] (112) 1,48 45.56%
12:00 Кольшрайбер Филипп (Германия) [7] (121) 1,87 52,67% Ih3HO
Накашима Брэндон (США) (138) 1,87 47.33%
12:00 Макдональд Маккензи (США) [8] (120) 1,54 55,10% Ih3HO
Coppejans Kimmer (BEL) (176) 2,36 44.90%
13:30 Джаннесси Алессандро (Италия) (161) 2,3 45,36% Ih3HO
Галан Даниэль Элахи (COL) [4] (110) 1,56 54.64%
13:30 Менезеш Жоао (BRA) [LL] (196) 3,51 26,74% Ih3HO
Ханфманн Янник (Германия) [2] (95) 1,28 73.26%
Загреб (V) / Хорватия
приз / деньги: 50 000 долларов США
11:30 Кориа Федерико (Аргентина) [1] (91) 1,84 43,69% Ih3HO
Церундоло Хуан Мануэль (Аргентина) (152) 1.84 56,31%
11:30 Van De Zandschulp Botic (NLD) (154) 1,85 51,05% Ih3HO
Табило Алехандро (CHL) (166) 1.86 48,95%
11:30 Рола Блаз (СВН) (156) 1,96 35,79% Ih3HO
Вариллас Хуан Пабло (PER) (133) 1.77 64,21%
13:00 Барриос Вера Марсело Томас (КХЛ) [Q] (243) 1,72 63,33% Ih3HO
Мартин Андрей (SVK) [3] (116) 2.01 36,67%
13:00 Сейбот Уайлд Тьяго (BRA) [8] (126) 1,6 43,28% Ih3HO
Годзё Борна (HRV) [WC] (238) 2.23 56,72%
13:00 Милоевич Никола (SRB) (141) 1,6 54,78% Ih3HO
Майер Леонардо (Аргентина) (159) 2.19 45,22%
14:30 Джумхур Дамир (БиГ) [7] (119) 2,34 29,29% Ih3HO
Баез Себастьян (Аргентина) [Q] (218) 1.54 70,71%
14:30 Zuk Kacper (POL) (171) 2 48,36% Ih3HO
Мартинес Педро (ESP) [2] (94) 1,74 51.64%
WTA ОДИНОЧНЫЙ РАЗРЯД / 12.5.2021
Рома / Италия
Приз / деньги: 1835000 долларов США
10:00 Плишкова Каролина (CZE) [9 BYE] (9) 1,44 53.01% Ih3HO
Севастова Анастасия (ЛВА) (47) 2.62 46,99%
10:00 Барти Эшли (Австралия) [1 BYE] (1) 1.02 60,73% Ih3HO
Шведова Ярослава (КАЗ) (665) 15.07 39,27%
10:00 Саккари Мария (GRC) [17] (19) 1,7 50,53% Ih3HO
Гауфф Кори (США) (35) 2,12 49.47%
10:00 Анисимова Аманда (США) (39) 2,44 40,00% Ih3HO
Свитолина Элина (UKR) [5 BYE] (6) 1,55 60.00%
11:30 Гарсия Кэролайн (Франция) [WC] (56) 2,58 44,54% Ih3HO
Кудерметова Вероника (РУС) (28) 1,49 55.46%
11:30 Пегула Джессика (США) (31) 2,69 49,81% Ih3HO
Осака Наоми (Япония) [2 BYE] (2) 1,46 50.19%
11:30 Соррибес Тормо Сара (ESP) (51) 5,92 41.06% Ih3HO
Сабаленка Арина (BLR) [7 BYE] (4) 1,13 58.94%
11:30 Звонарева Вера (Россия) [Q] (113) 3,7 41,21% Ih3HO
Квитова Петра (CZE) [11] (10) 1,28 58.79%
11:30 Мугуруза Гарбин (ESP) [12] (12) 1,26 57,14% Ih3HO
Пера Бернарда (США) [Q] (69) 3,85 42.86%
13:00 Мартич Петра (HRV) (25) 1,64 56,17% Ih3HO
Младенович Кристина (FRA) [LL] (53) 2,24 43.83%
13:00 Брэди Дженнифер (США) [13] (13) 1,68 55,05% Ih3HO
Александрова Екатерина (Россия) (33) 2,18 44.95%
14:00 Уильямс Серена (США) [8 BYE] (8) 1,47 48,19% Ih3HO
Подорская Надя (АРГ) (44) 2,69 51.81%
14:30 Остапенко Елена (LVA) (49) 1,68 55,62% Ih3HO
Томлянович Айла (Австралия) [Q] (80) 2,18 44.38%
14:30 Кенин София (США) [4 BYE] (5) 1,77 52,07% Ih3HO
Крейчикова Барбора (Чехия) (40) 2,04 47.93%
14:30 Киз Мэдисон (США) (23) 3,4 46,74% Ih3HO
Swiatek Iga (POL) [15] (15) 1,28 53,26%
16:00 Кербер Анжелика (DEU) (26) 4.31 42,32% Ih3HO
Халеп Симона (ROU) [3 BYE] (3) 1,22 57,68%
Бонита Спрингс / США
приз / деньги: 100000 долларов США
16:00 Миядзаки Юрико (Япония) [Q] (324) 4.42 41,71% Ih3HO
Шарма Астра (Австралия) [2] (117) 1,17 58,29%
16:00 Сепеде Ройг Вероника (PRY) (188) 2.4 44,74% Ih3HO
Фрех Магдалена (POL) (152) 1,51 55,26%
16:00 Волынец Кэти (США) [WC] (299) 2.1 40,16% Ih3HO
Дарт Харриет (Великобритания) (144) 1,65 59,84%
17:30 Лапко Вера (BLR) (332) 2,5 52.05% Ih3HO
Заразуа Рената (Мексика) [6] (140) 1,48 47,95%
17:30 Ди Лоренцо Франческа (США) (159) 2,2 48.74% Ih3HO
Долхайд Кэролайн (США) (162) 1,59 51,26%
17:30 Викери Сачия (США) (187) 1,93 50.00% Ih3HO
Arconada Usue Maitane (США) (167) 1,79 50,00%
20:00 Шериф Маяр (EGY) [3] (120) 1,55 54.34% Ih3HO
Дюваль Виктория (США) [Q] (439) 2,31 45,66%
20:00 Бьорклунд Мирьям (Швеция) [Q] (334) 2,08 49.14% Ih3HO
Родионова Арина (Австралия) (168) 1,66 50,86%
20:00 Бренгл Мэдисон (США) [1] (81) 1,49 57.97% Ih3HO
Монтгомери Робин (США) [WC] (353) 2,45 42,03%
21:30 Осуигве Уитни (США) (212) 2,96 39.23% Ih3HO
Лепченко Варвара (США) (171) 1,34 60,77%
21:30 Фетекау Ирина (РОУ) [Q] (310) 2,24 52.22% Ih3HO
Ан Кристи (США) [4] (121) 1,57 47,78%
21:30 Бара Ирина Мария (РОУ) [5] (133) Ih3H
Папамихаил Деспина (GRC) [Q] (270)
23:00 Батист Хейли (США) [WC] (201) 2.13 40,63% Ih3HO
Ван Синью (CHN) [8] (138) 1,63 59,37%
23:00 Окамура Киока (Япония) [Q] (279) 1.99 43,21% Ih3HO
Чанг Ханна (США) [Q] (311) 1,71 56,79%
23:00 Паркс Алисия (США) [Q] (271) 2.71 42,24% Ih3HO
Сандерс Шторм (Австралия) (165) 1,39 57,76%
Ла-Бисбаль / Испания
приз / деньги: 60 000 долларов США
10:00 Prisacariu Andreea (ROU) [Q] (520) 1.3 64,03% Ih3HO
Костич Наталия (СРБ) (200) 3,15 35,97%
10:00 Кузьмова Виктория (СВК) [3] (123) 1.2 59,52% Ih3HO
Феррандо Кристиана (Италия) [Q] (383) 4 40,48%
10:00 Горгодзе Екатерина (GEO) (216) 1.14 61,93% Ih3HO
Ю Сяоди (CHN) (191) 4,82 38,07%
11:30 Бассолс Рибера Марина (ESP) [Q] (325) 2.68 32,54% Ih3HO
Джонс Франческа (Великобритания) [WC] (185) 1,4 67,46%
11:30 Кустик Марта (ESP) [WC] (764) 2.21 50,92% Ih3HO
Bonaventure Ysaline (BEL) [8] (127) 1,54 49,08%
11:30 Мрдеза Тереза ​​(HRV) [Q] (232) 1.48 60,80% Ih3HO
Минелла Мэнди (ЛЮКС) (203) 2,44 39,20%
14:00 Хименес Касинцева Виктория (И) [WC] (782) 4.03 46,15% Ih3HO
Voegele Stefanie (CHE) [6] (131) 1,19 53,85%
18:00 Rus Arantxa (NLD) [1] (86) 1.34 54,19% Ih3HO
Buyukakcay Cagla (TUR) (178) 2,98 45,81%
Сен-Годенс / Франция
приз / деньги: 60 000 долларов США
09:00 Бондарь Анна (HUN) [Q] (267) 1.66 53.01% Ih3HO
Герлах Катарина (Германия) [Q] (225) 2,08 46,99%
09:00 Haas Barbara (AUT) [5] (155) 1.54 53,55% Ih3HO
Яничевич Селена (FRA) [WC] (727) 2,23 46,45%
09:00 Пакет Хлоя (Франция) (186) 2.13 41,30% Ih3HO
Dodin Oceane (FRA) [2] (115) 1,58 58,70%
10:30 Жакемо Эльза (Франция) (493) 1.25 54,81% Ih3HO
Zimmermann Kimberley (BEL) [LL] (526) 3,52 45,19%
10:30 Куцова Кристина (СВК) [3] (149) 1.3 55,19% Ih3HO
Андрианьяфитримо Тессах (Франция) [Q] (256) 3,16 44,81%
10:30 Голубич Виктория (CHE) [1] (72) 1.05 56,02% Ih3HO
Мордергер Таисия (DEU) [Q] (578) 7,63 43,98%
12:00 Шиникова Изабелла (БГР) (214) 1.31 46,07% Ih3HO
Буассон-Луа (Франция) [Q] (1216) 3,11 53,93%
12:00 Babel Oceane (FRA) [WC] (1135) 4.74 53,74% Ih3HO
Grabher Julia (AUT) (194) 1,15 46,26%
12:00 Бурель Клара (Франция) [7] (166) 1.16 58,43% Ih3HO
Болквадзе Мариам (GEO) (213) 4,54 41,57%
13:30 Рэйм Элис (Франция) [Q] (388) 2.94 37,11% Ih3HO
Пэрри Дайан (Франция) [Q] (304) 1,38 62,89%
13:30 Йеролимос Марго (Франция) [Q] (351) 1.72 56,63% Ih3HO
Ди Джузеппе Мартина (Италия) (220) 1,99 43,37%
13:30 Хаддад Майя Беатрис (BRA) (231) 1.44 63,79% Ih3HO
Bucsa Cristina (ESP) [8] (169) 2,56 36,21%
WTA ДВОЙНОЙ / 12.5.2021
Рома / Италия
Приз / деньги: 1835000 долларов США
10:00 Юрак Дария (HRV) /
Клепач Андрей (SVN)
2.42 46,80% Ih3HO
Чан Хао-Цзин (TAI) /
Чан Латиша (TAI)
1,53 53,20%
16:00 Младенович Кристина (FRA) /
Вондроусова Маркетa (Чехия)
1.44 55,43% Ih3HO
Hradecka Lucie (CZE) /
Siegemund Laura (DEU)
2,69 44,57%
16:00 Перес Эллен (Австралия) /
Чжэн Сайсай (Швейцария)
1.79 45,51% Ih3HO
Бегу Ирина (РОУ) /
Эррани Сара (Италия)
1,97 54,49%
17:30 Аояма Сюко (Япония) /
Сибахара Эна (Япония)
1.14 57,48% Ih3HO
Гатто-Монтиконе Джулия (Италия) /
Турати Бьянка (Италия)
5,41 42,52%
Бонита Спрингс / США
приз / деньги: 100000 долларов США
?? Ходзуми Эри (Япония) /
Като Мию (Япония)
Ih3H
Эйкери Ульрикке (Норвегия) /
Харрисон Кэтрин (США)
?? Бектас Эмина (США) /
Мур Тара (Великобритания)
Ih3H
Мандлик Элизабет (США) /
Волынец Кэти (США)
?? Routliffe Erin (NZL) /
Sutjiadi Aldila (IDN)
Ih3H
Крюгер Эшлин (США) /
Монтгомери Робин (США)
?? Arconada Usue Maitane (США) /
Dolehide Caroline (США)
Ih3H
Батист Хейли (США) /
Осуигве Уитни (США)
Сен-Годенс / Франция
приз / деньги: 60 000 долларов США
?? Айава Дестани (Австралия) /
Морателли Анжелика (Италия)
Ih3H
Жакмот Эльза (Франция) /
Варнье Люси (Франция)
?? Андрианьяфитримо Тессах (Франция) /
Моне Кэрол (Франция)
Ih3H
Cascino Estelle (FRA) /
Ponchet Jessika (FRA)
15:00 Дрогет Обан (Франция) /
Яничевич Селена (Франция)
2.18 45,18% Ih3HO
Астахова Дарья (RUS) /
Макарова Екатерина (1996) (RUS)
1,58 54,82%
15:00 Айава Дестани (Австралия) /
Морателли Анжелика (Италия)
1 1.91 51.97% Ih3HO
Grabher Julia (AUT) /
Zheng Qinwen (CHN) ret.
0 1,77 48,03%
15:00 Лян Энь Шуо (TAI) /
Страхова Валерия (UKR)
1.66 51,95% Ih3HO
Болквадзе Мариам (GEO) /
Шиникова Изабелла (BGR)
2,05 48,05%
Ла-Бисбаль / Испания
приз / деньги: 60 000 долларов США
13:00 Mintegi Del Olmo Ane (ESP) /
Селехметева Оксана (RUS)
2.24 46,56% Ih3HO
Bhatia Riya (IND) /
Han Na-Lae (KOR)
1,55 53,44%
13:00 Феррандо Кристиана (Италия) /
Марино Ребекка (Канада)
2.28 43,87% Ih3HO
Ди Сарра Федерика (Италия) /
Росателло Камилла (Италия)
1,54 56,13%
14:30 Бартел Мона (DEU) /
Минелла Мэнди (ЛЮКС)
1.35 50,00% Ih3HO
Кания-Чодун Паула (POL) /
Костич Наталия (SRB)
2,89 50,00%
14:30 Ивахненко Валентина (RUS) /
Присакарю Андрея (РОУ)
2.82 45,00% Ih3HO
Дзаламидзе Натела (RUS) /
Лансере Софья (RUS)
1,36 55,00%
16:00 Briones Ginesta Ariadna (ESP) /
Kannan Annika (IND)
9.35 49,25% Ih3HO
Webley-Smith Emily (GBR) /
You Xiaodi (CHN)
1.02 50,75%
16:00 Бассольс Рибера Марина (ESP) /
Кустик Марта (ESP)
2.54 44,13% Ih3HO
Hogenkamp Richel (NLD) /
Lamens Suzan (NLD)
1,43 55,87%

Майкл Зайферт - Оппоненты | Transfermarkt

900 0
11 1,55 5 2 4 800
9 1.44 4 1 4 609
9 1,44 4 1 4 549
6 8 8 2 548
7 0,29 0 2 5 514
7 1.43 3 1 3 447
7 1,43 3 1 3 442
2 4 7 2 1 392
6 1,67 3 1 2 457
6 1.00 2 0 4 445
6 1,33 2 2 2 430
7 7 1 3 409
6 1,33 2 2 2 382
6 1.67 3 1 2 380
6 0,83 1 2 3 379
7 1 3 352
6 1,67 3 1 2 336
6 0.67 1 1 4 331
6 1,50 3 0 3 319
1.
0
6
0 0
4 292
6 1,17 2 1 3 249
6 1.17 2 1 3 209
6 1,17 2 1 3 207
3 3 3
0 2
2 112
5 0.20 0 1 4 419

bernhard seifert | PubFacts

Ecol Evol 2021, 8 января; 11 (1): 547-559.Epub 2020 8 декабря.

Группа экологических исследований MTA-ELTE-MTM Будапешт, Венгрия.

Морфометрические исследования применяются к растущему числу и разнообразию организмов. Открытия, достигнутые с помощью морфометрических подходов, часто считаются легко переносимыми, в отличие от неявной и идиосинкразической интерпретации дискретных состояний характера. Надежность морфометрических рабочих процессов в систематике насекомых никогда не была предметом целенаправленных исследований, но такие исследования крайне необходимы.В этой статье мы оцениваем воспроизводимость морфометрических исследований муравьев, где сбор данных является общей рутиной. Мы сравнили наборы данных, созданные одиннадцатью независимыми измерителями, то есть сотрудниками, которые измерили 21 непрерывный морфометрический признак у одного и того же пула особей. по тому же протоколу. Измерители обладали широким спектром морфометрических навыков, различались опытом среди групп насекомых и различались возможностями использования измерительного оборудования. Мы использовали коэффициенты внутриклассовой корреляции (ICC) для расчета значений повторяемости и воспроизводимости (т.е., внутриклассовые и межгрупповые соглашения), и мы выполнили многомерный перестановочный многомерный дисперсионный анализ (PERMANOVA) с использованием индекса несходства Морозиты с 9999 итерациями. Расчетное среднее значение коэффициентов внутриклассовой корреляции различных измерителей варьировалось от = 0,784 до = 0,9897, и была обнаружена значимая корреляция между повторяемостью и морфометрическими навыками замерщиков (= 0,016). В случае с этими довольно небольшими муравьями не было значительной связи с увеличением оборудования.Согласие между калибрами, то есть воспроизводимость, варьировалось от 0,872 до 0,471 (среднее значение 0,690), но все измерители пришли к одному и тому же выводу о двух видах. Тест PERMANOVA не выявил значительного влияния калибровки на идентичность видов (= 0,69, = 0,58). Наши результаты показывают, что морфометрические исследования воспроизводимы, когда наблюдатели следуют стандартному протоколу; следовательно, морфометрические данные могут быть широко распространены и останутся ценным источником данных для альфа-таксономии.

Просмотреть статью и найти полный текст PDF

Поляризационное управление терагерцовым излучением с помощью спин-переориентационного перехода в спинтронной гетероструктуре

  • 1.

    Тонучи, М. Новейшие терагерцовые технологии. Нат. Фотон. 1 , 97 (2007).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 2.

    Yang, Y. et al. Терагерцовая топологическая фотоника для внутрикристальной коммуникации. Нат. Фотон. 14 , 446 (2020).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 3.

    Schlauderer, S. et al. Временные и спектральные отпечатки сверхбыстрого когерентного спинового переключения. Природа 569 , 383 (2019).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 4.

    Vetter, E. et al. Наблюдение спинтронного терагерцового излучения, зависящего от концентрации носителей заряда, из гетероструктур n-GaN / NiFe. Заявл. Phys. Lett. 117 , 0 (2020).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 5.

    Кимел, А.В., Калашникова, А.М., Погребна, А., Звездин, А.К. Основы и перспективы сверхбыстрой фотоферроики. Phys. Респ. 852 , 1 (2020).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 6.

    Blanchard, F. et al. Генерация одноцикловых терагерцовых импульсов 1,5 мкДж путем оптического выпрямления из кристалла ZnTe с большой апертурой. Опт. Экспресс 15 , 13212 (2007).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 7.

    Chang, G. et al. Волноводные излучатели на основе GaP для генерации мощного широкополосного ТГц диапазона с накачкой волоконными лазерами, легированными Yb. Опт. Экспресс 15 , 16308 (2007).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ Статья Google Scholar

  • 8.

    Продам, А., Лейтенсторфер, А.И Хубер, Р. Генерация с фазовой синхронизацией и детектирование с разрешением по полю широко настраиваемых терагерцовых импульсов с амплитудами, превышающими 100 МВ / см. Опт. Lett. 33 , 2767 (2008).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 9.

    Blanchard, F. et al. Генерация терагерцовых импульсов из массивного GaAs при возбуждении наклонным фронтом импульса на длине волны 1,8 мкм. Заявл. Phys. Lett. 105 , 241106 (2014).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ Статья Google Scholar

  • 10.

    Хаури, К. П., Рухерт, К., Викарио, К. и Ардана, Ф. Однопериодные терагерцовые импульсы сильного поля, генерируемые в органическом кристалле. Заявл. Phys. Lett. 99 , 161116 (2011).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ Статья Google Scholar

  • 11.

    Kadlec, F., Kužel, P. & Coutaz, J.-L. Исследование терагерцового излучения, генерируемого оптическим выпрямлением на тонких пленках золота. Опт. Lett. 30 , 1402 (2005).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 12.

    Уэлш, Г. Х., Хант, Н. Т. и Винн, К. Излучение терагерцовых импульсов за счет лазерного возбуждения поверхностных плазмонов в металлической решетке. Phys. Rev. Lett. 98 , 026803 (2007).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ Статья Google Scholar

  • 13.

    Чен, С.-C. et al. Спинтронный микроскоп Ghost с массивом терагерцовых излучателей. Light Sci. Прил. 9 , 99 (2020).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 14.

    Bai, Z. et al. Ближнепольное терагерцовое зондирование клеток гели и псевдомонад на основе монолитных интегрированных метаматериалов со спинтронным терагерцовым излучателем. ACS Appl. Матер. Интерфейсы 12 , 35895–35902 (2020).

    CAS Статья Google Scholar

  • 15.

    Seifert, T. et al. Эффективные металлические спинтронные излучатели сверхширокополосного терагерцового излучения. Нат. Фотон. 10 , 483–488 (2016).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 16.

    Фюлоп, Дж .-А., Цорзакис, С. и Кампфрат, Т. Лазерные источники сильного поля терагерцового диапазона. Adv. Опт. Матер. 8 , 11 (2019).

    Статья Google Scholar

  • 17.

    Li, G. et al. ТГц излучение из бислоев Co / Pt с различной шероховатостью, кристаллической структурой и межфазным перемешиванием. Phys. Rev. Mater. 3 , 084415 (2019).

    CAS Статья Google Scholar

  • 18.

    Хибберд, М. Т. et al. Настройка магнитного поля терагерцовой поляризации, излучаемой источником спинтроники. Заявл. Phys. Lett. 114 , 031101 (2019).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ Статья Google Scholar

  • 19.

    Белов К.П., Звездин А.К., Кадомцева А.М., Левитин Р.З. Спин-переориентационные переходы в редкоземельных магнитах. Успехи физических наук 119 , 447–486 (1976).

    CAS Статья Google Scholar

  • 20.

    Millev, Y. T. et al. Влияние внешнего поля на спиновые переориентационные переходы в одноосных ферромагнетиках. Phys. Ред. B 57 , 5837–5847 (1998).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 21.

    Kimel, A. et al. Лазерная сверхбыстрая переориентация спинов в антиферромагнетике TmFeO3. Природа 429 , 850 (2004).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 22.

    Михайловский Р. и др. Сверхбыстрая оптическая модификация обменных взаимодействий в оксидах железа. Нат. Commun. 6 , 8190 (2015).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 23.

    Guyader, L. L. et al. Динамика лазерно-индуцированной переориентации спинов в гетероструктуре Co / SmFeO3. Phys. Ред. B 87 , 054437 (2013).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ Статья Google Scholar

  • 24.

    Терселин, Н., Бен-Юсеф, Дж., Преображенский, В., Перно, П., Ле-Галл, Х. Гигантские магнитострикционные сверхрешетки: от перехода спиновой переориентации к МЭМС. Статические и динамические свойства. J. Magn. Magn. Матер. 249 , 519–523 (2002).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 25.

    Климов А., Тирцелин Н., Преображенский В. и Перно П. Неоднородный спин-переориентационный переход (СТО) в гигантских магнитострикционных мультислоях TbCo2 / FeCo. IEEE Trans. Magn. 42 , 3090–3092 (2006).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 26.

    Tiercelin, N. et al. Тонкопленочные магнитоэлектрические композиты вблизи спинового переориентационного перехода. J. Magn. Magn. Матер. 321 , 1803–1807 (2009).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 27.

    Джоли, Л. et al. Спин-переориентация в гетероструктуре Co / SmFeO3. J. Phys. Конденс. Дело 21 , 446004 (2009).

    CAS Статья Google Scholar

  • 28.

    Кронседер М., Бюхнер М., Бауэр, Х. Г. и Бэк, К. Х. Преобразование структуры магнитных доменов, активируемое диполярной энергией, вызванное тепловыми флуктуациями. Нат. Commun. 4 , 2054 (2013).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 29.

    Овчаренко, С. и др. Фотоиндуцированная спиновая динамика в одноосной интерметаллической гетроструктуре TbCo 2 / FeCo. Sci. Респ. 10 , 15785 (2020).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 30.

    Ильин Н. и др. Динамика намагниченности в многослойных структурах TbCo / FeCo под действием фемтосекундного оптического возбуждения. Русс. Technol. J. 3 , 50 (2019).

    Статья Google Scholar

  • 31.

    Шайхулов Т.А. и др. Ферромагнетизм в гетероструктуре ферромагнитная пленка железо-иттриевого граната / ферромагнитное интерметаллическое соединение. Phys. Твердотельный 62 , 1653 (2020).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 32.

    Matthiesen, M. et al. Температурно-зависимый обратный спиновый эффект Холла в спинтронных излучателях Co / Pt. Заявл. Phys. Lett. 116 , 212405 (2020).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 33.

    Ковалев С.П., Китаева ГХ. Электрооптическое обнаружение терагерцового диапазона: оптические измерения фазы или энергии. J. Opt. Soc. Являюсь. 30 , 2650 (2013).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • 34.

    Planken, P., Nienhuys, H.-K., Bakker, H.-J. И Венкебах Т. Измерение и расчет ориентационной зависимости детектирования терагерцовых импульсов в ZnTe. J. Opt. Soc. Являюсь. 18 , 313 (2001).

    ОБЪЯВЛЕНИЙ CAS Статья Google Scholar

  • Майкл Зайферт - Оппоненты | Transfermarkt

    900 0
    11 1,55 5 2 4 800
    9 1.44 4 1 4 609
    9 1,44 4 1 4 549
    6 8 8 2 548
    7 0,29 0 2 5 514
    7 1.43 3 1 3 447
    7 1,43 3 1 3 442
    2 4 7 2 1 392
    6 1,67 3 1 2 457
    6 1.00 2 0 4 445
    6 1,33 2 2 2 430
    7 7 1 3 409
    6 1,33 2 2 2 382
    6 1.67 3 1 2 380
    6 0,83 1 2 3 379
    7 1 3 352
    6 1,67 3 1 2 336
    6 0.67 1 1 4 331
    6 1,50 3 0 3 319
    1.
    0
    6
    0 0
    4 292
    6 1,17 2 1 3 249
    6 1.17 2 1 3 209
    6 1,17 2 1 3 207
    3 3 3
    0 2
    2 112
    5 0.20 0 1 4 419

    Филиалы, об. 1 - Outside in Music

    Outside In Music с гордостью объявляет о выпуске 28 августа книги Branches Vol.1 , четвертый альбом японского скрипача, композитора, продюсера и аранжировщика из Нью-Йорка Томоко Омура . На своей дебютной записи для Outside In Music художница из Сидзуока представляет коллекцию из шести треков оригинальных композиций, вдохновленных японскими народными сказками и т. Д., В дополнение к некоторым переосмысленным аранжировкам популярных японских песен. Филиалы Vol. 1 усиливает и развивает музыкальные и контекстные идеи, которые скрипачка впервые исследовала в ее выпуске 2015 года Roots .Чтобы воплотить этот инновационный альбом в жизнь, к Омуре присоединились Джефф Майлз на гитаре, Гленн Залески на фортепиано, Пабло Менарес на басу и Джей Сойер на ударных.

    Томоко Омура, признанный журналом Downbeat «лидером с прекрасным будущим», сегодня является одним из ведущих исполнителей джазовой музыки на скрипке. После выпуска альбом Roots был отмечен коллегой-скрипачом Кристианом Хоусом как «огромное достижение и, несомненно, один из самых важных и творческих джазовых альбомов, выпущенных скрипачом в новейшей истории.В этом убедительном трибьюте ее родной Японии были представлены уникальные и оригинальные аранжировки десяти классических японских народных и популярных песен, Branches Vol. 1 служит для демонстрации динамических талантов Омуры не только как виртуозного скрипача и аранжировщика, но и как по-настоящему изобретательного композитора. На этом новом альбоме Омура сопровождает четыре оригинальные композиции двумя переработанными треками. Филиалы Vol. 1 открывается классическим камнем 1944 года, «Лунный свет в Вермонте» , первоначально написанным Джоном Блэкберном (тексты) и Карлом Сессдорфом (музыка).Омура уделяет особое внимание лирической структуре, которая интересно повторяет древнюю традиционную форму японской поэмы хайку:

    «Пенни в ручье
    Падающие листья, платан
    Лунный свет в Вермонте»

    Напоминает слоговой ритм, аранжировка также обработана вампиром хайку, который использует традиционную ритмическую форму 5-7-5. В то время как «Three Magic Charms» черпает вдохновение из японской сказки (также известной как «San mai no Ofuda»), «Revenge Of The Rabbit» , в которой умело исполнены три инструментальных соло, вдохновлен другой японской сказкой. , «Качи Качи Яма». «Return To The Moon» - еще одна оригинальная композиция, написанная Омурой, которая отражает сказку «Принцесса Кагуя», а «Konomichi» - известная японская народная песня, первоначально написанная Косаку Ямада. Тексты песен написаны Хакусю Китахара и напоминают о его путешествии от самой северной точки Японии до самой южной точки.

    Филиалы Vol. 1 следует за выпуском в 2017 году Post Bop Gypsies (Inner Circle), альбома современного джазового трио, в котором представлены классические цыганские джазовые инструменты скрипки, гитары и баса.Самостоятельно выпущенный в 2008 году дебютный альбом Томоко Омуры Visions, , основанный на традициях джазовой скрипки, представляет собой сборник из семи динамичных оригинальных пьес, каждая из которых посвящена одному из величайших музыкантов - от Стаффа Смита до Збигнева Зайферта. Скрипач Мэтт Глейзер хвалит Visions как таковой: «Ее игра здесь неизменно потрясающая, с великолепными идеями, прекрасным тоном, идеальной интонацией и прекрасным чувством…». «Страсть Марка», посвященная Марку Фельдману, была удостоена почетной награды на Международном конкурсе авторов песен 2008 года.Выпуск Visions также побудил Strings Magazine назвать Омуру «Восходящей звездой» в 2009 году. В 2014 году она была выбрана полуфиналистом первого Международного конкурса скрипачей имени Збигнева Зейферта в Кракове, Польша. В 2015–2019 годах она была названа «Восходящей звездой» престижного опроса критиков журнала Downbeat.

    Родом из Сидзуока, Япония, Омура начала учиться игре на скрипке в молодом возрасте вместе со своей матерью и начала играть джаз, когда училась в Йокогамском национальном университете .В 2004 году Томоко переехала в Соединенные Штаты, когда она получила стипендию для обучения в Музыкальном колледже Беркли в Бостоне, Массачусетс. Находясь в Беркли, Томоко работал с такими легендарными музыкантами, как Джордж Гарзоне , Хэл Крук , Эд Томасси , Джейми Хаддад , Мэтт Глейзер и Роб Томас . В 2005 году, на втором курсе, она была удостоена престижной премии Беркли Roy Haynes Award ; награда, присуждаемая одному студенту за исключительные навыки импровизации.Томоко был первым скрипачом в истории Беркли, получившим эту награду. Она закончила с отличием в 2007 году.

    С момента переезда в Нью-Йорк в 2010 году Томоко выступала с широким кругом музыкантов, включая Фабиан Алмазан , Пакито Д'Ривера , Камила Меза , Обри Джонсон , Энни Чен , Тэмми Шеффер , Джоанна Валлфиш , Каролина Кальваш , Марио Кастро , Вадим Неселовский , Дэниел Фуз , Экзотический эксперимент Саймона Ю и Проект Mahavishnu .Ранее она была постоянным участником мировой музыкальной группы The Guy Mendilow Ensemble , кельтской музыкальной группы RUNA и винтажной джазовой группы Carte Blanche .

    БЕЛАЯ КАЮТА - Центр Project Arts

    Максим Исаев, Павел Семченко
    Музыка Ника Судника
    kЗвук Андрея Сизинцева
    Свет Вадима Гололобова
    В ролях: Максим Исаев, Павел Семченко, Барбара Зайферт, Яна Тоумина
    «Его театральная смелость, комическая изобретательность и живописность делают замечательный.»- The Irish Times
    Культовые иконы в московских и петербургских независимых арт-сценах, творчество российской группы« Ахе »во многом обязано изобразительному искусству и кинематографу, как и любому театру. Как и все его шоу, сюрреалистический и мрачно-комический «Белый домик» наполнен бесчисленными абсурдными, вдохновенными, причудливыми и часто трогательными «событиями» с использованием русских икон, немого кино, театра теней, а также предметного и авангардного искусства в качестве ориентира. Результат - театр мечты о хаосе, сумасшедшее варьете фантастических образов и бесконечно меняющихся сценических картин.
    White Cabin создает атмосферу, в которой смешиваются противоположные чувства и восприятия, вовлекая зрителей в причудливую, комичную и трагическую атмосферу. Атмосфера одиночества, царящая на протяжении всей пьесы, разделяется безмолвным и ошеломляющим противостоянием полов. Повседневная деятельность поглощена явным и поэтическим чувством отчуждения, демонстрируя публике абсурдность жизни в одновременно меланхоличном и задорном представлении.
    Может ли зритель повлиять на происходящее на сцене просто своим присутствием? Может ли действие на сцене повлиять на волю зрителя и стремление к самообогащению? Можно ли спроецировать действие на сцене прямо в сознание и душу зрителя? Главная героиня этого мультимедийного произведения сталкивается со всеми этими и многими другими вопросами.Ее партнеры провоцируют ее, создавая магические ситуации, в которых простейшие реакции проецируются в метафорическую, явно абсурдную область.
    Обладатель российской премии «Золотая маска» и теперь пользующийся спросом на фестивалях по всей Европе, Ахе также сотрудничал в проектах с известными российскими артистами Славой Полуниным и Дерево.
    «Это настоящая кошачья колыбель шоу… Головокружительное, темное и безмерно удовлетворяющее»
    The Guardian
    «В этом завораживающем проявлении визуального воображения есть театральное волшебство»
    The Independent
    «Истерически смешное и все более тревожное»
    Sunday Herald
    Максим Исаев, Павел Семченко
    AHKE
    Музыка Ника Судника
    k Звук Андрея Сизинцева
    Освещение Вадима Гололобова
    В ролях: Максим Исаев, Павел Семченко, Барбара Зейферт, Яна Тоумина
    Дублинский театральный фестиваль

    .